– Я же попросил, – обиженно пробурчал он, – не делай так. Моя маменька запрещала мне таскать еду и била за это по рукам. Вот как ты сейчас.
– Не надо сравнивать меня со своей матерью, я не такая, – отчеканила я на повышенных тонах, хотя сама не знала, какой была его мама. И какая это я не такая.
– Вот и ты не смей сравнивать меня со своим отцом, потому что я не такой, – выдернув из моей тарелки последний кусочек мяса, Этьер отправив его в рот, и соизволил удалиться из кухни.
– Вот гад такой, – проворчала я ему вслед.
– Он прав, Рояна, – Малика забрала моё жаркое и поставила передо мной тарелку с бутербродами. – Сравнивая его со своим папашей, ты раз за разом наносишь ему оскорбления. А Этьер весьма горд, я, вообще, поражаюсь, как он терпит всё это от тебя. Будь с ним мягче. В конце-то концов, он просто желает тебе счастья и заботится о тебе. Мне-то со стороны виднее.
Вздохнув, я откусила от бутербродика и пожала плечами. Этот мужчина вызывал у меня двоякие чувства: он мне очень нравился, и, наверное, именно поэтому я старалась слегка подпортить ему жизнь.
– Запивай, не ешь всухомятку, – Малика поставила передо мной кружку травяного чая. – Что-то они задумали, но Жеан не желает, ни в чём признаваться. Но думаю, неспроста они затеяли эту поездку именно сейчас. Не люблю, когда что-то происходит без моего ведома, – пожаловалась рыжая ведьма.
– Ага, – согласилась я, – это так раздражает.
Глава 2
Съев бутерброды с тарелки, и запив все это чаем, я по-тихому улизнула из кухни, чтобы меня не пристроили к миске с луком, который нужно перечистить на луковый пирог. Похоже, Малика собралась испечь в дорогу столько всего, сколько мы за месяц съедаем. Подруга вовсю готовилась к путешествию, а у меня не было никакого желания торчать у печи и изображать из себя хозяюшку. Готовить я, конечно, умела, но не любила страшно.
К тому же у меня еще дела!
Где-то там, в темной ведьминской душе, шевельнулась давно позабытая совесть и сварливо проворчала, что живу я за счет Малики и Жеана, ем за их столом, сплю под их крышей и не мерзну холодными ночами, потому как хозяйственный ведун не скупится на растопке печи.