Один умел тщательно скрывать свои тайные мысли, другой делать вид, что никаких тайных мыслей не существует. Все жители Долины Бедных, если чего не хотели видеть, то и не видели.
Так и не придя к соглашению, друзья немного выпили, чтобы снять напряжение. Так, чуть-чуть, граммов по двести на брата. Выпить Горанин мог много, потому, глянув на недопитую бутылку, потянулся за рюмкой Завьялова.
- Не, не могу, — покачал головой тот и накрыл рюмку ладонью. - Меня Маша ждет.
- А оно помешает? - подмигнул Горанин.
- Чему? - пьяно улыбаясь, спросил капитан.
- Процессу. Процессу любви.
- Гора, почему ты не женишься? — лениво спросил Завьялов. - Узаконил бы процесс. А то слухи по городу ходят. Очень неприятные слухи.
- Э, нет! - погрозил пальцем Горанин. - Нет, Зява, не выйдет! Не хочешь мучиться в одиночку? Женитьба - первая древнейшая пытка, придуманная людьми.
- Почему мучиться? Я ее люблю.
- Машку? Машку любишь? Да что в ней особенного? Эх, Зява! Если бы ты знал, какие у меня бабы были!
- Слушай, поздно уже.
- А о деле? - Вполне трезвым голосом спросил Горанин. - Что с делом?
- Чутье мне подсказывает, парень никого не убивал. Ну перепил, отключился, а утром проснулся рядом с трупом. Но не он это. Я чувствую."
"- На х... твое чутье. Косвенных навалом.
- А прямых нет.
- Вот я и хочу, чтобы ты мне их нашел.
- А если их нет?
- Надо, чтоб были, - с нажимом сказал Герман.
- Слушай, Гора, я чего-то не понимаю. Мы о людях или о ком?
- Люди, люди... Они о тебе много думают? Вообще не думают. Если я его не посажу, думаешь, спасибо скажет? Он скажет: справедливость, мол, восторжествовала. Не Горанин благодетель, а Господь Бог. Понятно? А что Горанин по шапке получит за очередной висяк, так это его, Горанина, проблемы.
- Не понимаю.
- Ладно, черт с ними со всеми. Ночь на дворе. В понедельник договорим. У меня в кабинете.
- Значит, ты хочешь надавить.
- Да ничего я не хочу, упрямая твоя башка! Я добра тебе хочу, понимаешь? У меня не так много друзей, чтобы ими разбрасываться. Мне с тобой работать легко, ты, Зява, голова.