Здесь варят удивительный кофе «Blazer» — потрясающий вкус, аромат. Нам не пришлось жалеть о том, что мы встретились именно здесь. Кажется, пора покончить с «Парижем» — это пройденный этап. У меня начинается новый и у моих подруг тоже, у каждой со своими особенностями. Я поняла это, слушая рассказ Васи о свадебном путешествии. А Варька говорила о том, как ей нелегко заниматься тем, на что ее сподобил Создатель. Девчонки проявили’ максимум такта и выдержки, оставив обсуждение моих злоключений напоследок.
— Ну, красивая и смелая, — неожиданно обратилась ко мне Вася.
— Насчет покурить — это в самый раз, — я достала свои «More» с ментолом.
— Вообще-то здесь не курят, — заметила Правдина.
— А мы очень быстро и по одной, — прошептала я. Оглянулась и увидела еще одну парочку, у которых на столе стояла пепельница с дымящимися сигаретами.
— Все, я сдаюсь, — перехватив мой взгляд, поспешила добавить Варя. — Дымите на здоровье.
Честно говоря, я была давно готова к откровенному разговору. Я послушно ждала своей очереди и, дождавшись, поведала о том, что происходило со мной, пока Вася грелась под жаркими лучами Испании, а Варя занималась привычным делом врачевания и предсказаний. Я не упустила ничего: знакомство с Максимом, неожиданное появление Нилова, мои сексуальные фантазии откровенно лесбийского характера.
— Хотя разве кто-нибудь может сказать, что готов к предательству, измене? — закончила я и вопросительно посмотрела на подруг. — Но я не собираюсь падать духом.
— Ты слишком легко относишься к своей жизни, — после паузы заметила Вася. Она давно затушила первую сигарету и потянулась за следующей. Многозначительный взгляд Вари остановил ее. Спрятав руки под стол, Лузгина опустила глаза.
— Это ты сейчас так говоришь, Васенька. На фоне безоблачного благополучия, в котором ты оказалась, все мои попытки обрести женское счастье кажутся жалкими, — огрызнулась я. — Я не из тех, кому везет сразу и безоговорочно. Нужно смириться с этим.
— Я переживаю, Ладуся, очень переживаю о том, что в какой-то момент ты оступишься так, что подняться будет невозможно, — тихо произнесла Вася и подняла на меня повлажневшие глаза.
Мне стало не по себе.