Глава 13
— Что ты сказал?
— Ты слышала, — с едва скрываемой яростью произносит Дамир.
— Слышала, — киваю. — Но вы, вероятно, забыли, как дали мне таблетку экстренной контрацепции.
— Я это прекасно помню.
— Тогда простите мне мою грубость, но что за бред вы несете? У моего ребенка совершенно другой отец.
После того, как я перестала ждать, сотни раз проматывала в голове разговор о нашем сыне. Репетировала, как холодно скажу ему о таблетке и уйду с гордо поднятой головой. Нужно отдать себе должное — голос звучит удивительно спокойно и уверенно.
Подозревает.
Кирюша слишком сильно на него похож, я и сама это знаю. Такие же темные волосы, карие глаза, упрямый волевой подбородок и плотно сжатые губы. Когда мы с ним играем, я вижу Дамира едва ли не в каждом движении, но он-то его не видел. По фотографии нельзя на сто процентов сказать, чей он ребенок. Да, похож на Дамира, но точно так же он похож на сотню других высоких темноволосых мужчин.
— Я понимаю, как сильно вы хотите сына, но это не дает вам права…
— Замолчи и сядь, — рявкает Дамир, указывая мне на стул.
Я осматриваюсь. На нас начинают оборачиваться люди. Чтобы не быть услышанными, сажусь на стул и смотрю на Дамира. Мелькает мысль, что зря я так. Стоило признаться сразу, как только встретились с ним, а после соврать, что пыталась его разыскать, но не получилось. Глупо, конечно, но хоть какое-то оправдание.
Я понятия не имею, что он предпримет. Заставит сделать тест ДНК? С него станется, учитывая, что ему действительно нужен наследник. Сын. Отказывать, настаивать на том, что у него нет прав? Сомневаюсь, что хоть одно мое слово он услышит.
— Я тебе кое-что покажу, — говорит он.
Из внутреннего кармана пиджака он достает листок, расправляет его и протягивает мне. На нем — фото моего сына.
— А это, — он протягивает мне второй листок. — Как думаешь, что это?
— Не понимаю… — лепечу, а сама осознаю, что мой обман раскрыт.
— Присмотрись, Варвара. Внимательно.
Я сглатываю. Что присматриваться, я итак прекрасно понимаю, что это. Фотография, на которой Дамиру примерно так же, как и моему сыну. Они не просто похожи. Они практически одно лицо. Те же пухлые щеки, улыбка, ямочки, посадка глаз и носа. Их не отличить, и я понимаю, что он раскрыл мой обман. Не зря ведь так уверенно говорил о сыне. На сто процентов был уверен, что Кирилл — его.