Сашулька кивает, присоединяясь. А потом вскакивает на кровати и начинает прыгать, как маленькая девочка.
— Я так рада. Ужасно рада! Вот так вот, — разводит широко руки. — Давид, я ж сначала испугалась. А оказывается…
Подхожу к ней, она прыгает на руки, только успеваю поймать.
— Давай чай выпьем, а? Я сейчас совсем спать не смогу."
"Ночное чаепитие перерастает в очень ранний завтрак. Моё суето начинает скакать по всей кухне, доставая миски. Правильно — раз не спим, самое время печь пироги. Спрашиваю, чем помочь, но меня, чмокнув в нос, отправляют на диван.
Будят негромкие голоса. Разминаю шею, доставая телефон. Сколько, сколько? Почти двенадцать?! Охренеть! Уже не помню, чтобы так долго спал.
Саша сидит с Егором на кухне и рассматривает фотографии. Растираю лицо руками и подхожу к ним.
— Доброе утро, соня. — Моя девочка улыбается и виснет на шее. Я только счастлив. Можно подольше?
— Егор, красавчик! — Пожимаем руки, а потом, плюнув на условности, крепко обнимаем друг друга.
Протягивает смартфон со снимком маленького сморщенного личика. Кожа красного цвета, а глаза мутноватые. Егор с гордостью смотрит на свою дочь, глаза блестят.
— На руки брал?
— Брал. Прикинь, она на ладони у меня умещается. Маленькая такая. Пяточка с мой ноготь. Вот реально, с этот ноготь.
Показывает палец, а потом зажимает переносицу пальцами.
— Как увидел, пропал.
Голос у друга сипит от переизбытка адреналина. Саша понимает, что мужские слабости не для всех глаз и тихонько выходит.
Снов объятия, поздравления. Пацаны успели заехать и купить связку шаров. Вручают обалдевшему молодому отцу, но Дашка с Машкой сразу отбирают и несутся в дом делить. Саша хлопочет на кухне, накрывая на стол.
— Инна где?
— Не смогла. Сказала, важная встреча.
Артур отводит глаза. Ревнует и бесится, что Ксюша родила, а она еще никак не забеременела? Походу, так и есть.
— Владу кто звонил, он где?
— Я звонила. Он в магазине был, скоро должен подъехать. Только он сказал, сначала… ну к бабушке зайдет… ладно?
***
Саш лежит на кровати и стонет:
— Совсем ног не чувствую.
Еще бы. Я не представляю, откуда у нее столько сил: с четырех часов колдовать на кухне, потом бегать с мелкими, еще успевая готовить обед и ужин. Мясом, конечно, занимались мужчины. Но остальное все досталось моей хрупкой девочке.