– Ну и что?
– Так у них иногда косметика бывает просроченная. Ну, помаду положено полгода хранить, пудру двенадцать месяцев, тушь тоже. Когда срок истекает, все уничтожают. Хорошие фирмы за качеством следят – страсть. А Андрюшка мне приносит. Между прочим, косметика все равно хорошей остается, даже когда годность истекла. Понятно?
Конечно. Такому знакомому ни в чем отказать нельзя. Надюше с ее зарплатой никогда бы не купить фирменную коробочку, пришлось бы мазюкаться египетскими или турецкими подделками. Тут за любой справкой побежишь!
– Давай адрес Андрея.
– Не знаю, – пролепетала Надя.
– Где работает?
– Магазин «Ив Сен-Лоран» на Краснозвездной…
Я глянула на часы – ровно два. Скорей всего парень еще за прилавком.
– Только он вам ничего не расскажет, – осмелела Феоктистова, – совсем ничего, на меня все свалит, хитрый, жуть.
– Сотруднику милиции врать бесполезно.
– Конечно, конечно, – быстро закивала Надя, – но где вы его возьмете, сотрудника? Думаете, так легко мента заставить пойти? Да они без денег никуда…
– Я сама майор из уголовного розыска.
– Вы? – попятилась Надя и растерянно пробормотала: – А говорили – мать Ксении.
Черт возьми, совсем забыла, что прикинулась безутешной родительницей.
– Ничего особенного, – сообщила я, поворачиваясь к двери, – работники правоохранительных органов иногда детей рожают. Так что я являюсь одновременно матерью и следователем!
Надя ойкнула и села на кушетку. Но мне девушка больше была не нужна."
"Феоктистова ошиблась. На Краснозвездной располагался не магазин, а салон известной французской фирмы.