Пришлось наблюдать, как он методично набивает ее табаком, раскуривает.
– Ну, – не выдержала Катя, – ну же…
– Значит, так, – протянул майор, – Бурлевский… Вот, Лампа, до чего человека может довести страсть!
Марки Федор начал собирать в десять лет. Сначала, как все дети, он покупал блоки с изображениями зверей, потом увлекся… На невзрачные кусочки бумаги с зубчатыми краями он тратил почти все, что зарабатывал. Впрочем, больших денег до конца восьмидесятых у него не было, но кляссер пополнялся регулярно.
Пропажу двух раритетов он обнаружил случайно. Повез коллекцию на выставку в Испанию и там испытал невиданное унижение, когда эксперт прилюдно заявил о фальшивках. Вне себя Федор возвратился в Москву, он был уверен: подмену совершила бывшая жена Светлана, больше некому. Сначала он изводит Ломакину звонками, требуя отдать марки.
И наконец наступает день, вернее, ночь, когда Федор набирает номер бывшей супруги и сообщает:
– Ну погоди, дрянь, сейчас сам к тебе приеду и все обыщу.
Светлана пугается и начинает звонить ближайшей подруге Ане. Но руки у нее дрожат, и палец все время нажимает не ту кнопку, Света без конца попадает к Евлампии.
Разъяренный Федор врывается в квартиру, сломав дешевенький замок. В кармане у него шприц, наполненный лекарством.
Но ему фатально не везет. Дозу инъекции он рассчитывает по справочнику «Токсикология» и по неопытности вкалывает Светлане такое количество препарата, что у нее моментально начинается агония.