Макс распахивает ресницы, и я оказываюсь в плену этих зеленых глаз.
— А это значит, Карина, — продолжает он. — Что мне нужен еще аванс.
— Опять? — я облизываю внезапно пересохшие губы.
— Конечно. А то моя мотивация упадет.
Он говорит это так, что я представляю падение вовсе не мотивации.
— Еще один поцелуй? — уточняю я с опаской.
— Почти. Видишь ли, сегодня мне потребуется потратить больше времени, к тому же я был так благороден, что предоставил тебе кров и защиту…
Мои глаза открываются так широко, насколько это вообще возможно.
Благороден?
Кров и защиту?
Лютаев с самого начала собирался взять за это свою плату?
— И чего же ты хочешь?
— Иди ко мне, Карина.
— Я и так тут, — упираюсь я, хотя и понимаю, что он имеет в виду.
— Карина, — в его взгляде прибавляется укоризны, — я даже крысу выбросил.
От напоминания о дохлятине меня передергивает, и я упускаю из вида, как Макс, выпростав руку, хватает мою тянет на себя. Оказавшись неготовой к этой диверсии, я заваливаюсь на Макса.
— Мы же договорились играть по правилам, Карина.
— Не было такого правила, что аванс требуется перед каждым твоим телодвижением!
— И тем не менее, — довольно усмехается он мне в волосы.
— Я тебя целую, а ты не распускаешь руки и идешь совершать подвиг? — торгуюсь я.
— Не совсем так.
Не успеваю я напрячься, Лютаев перетаскивает меня и усаживает на себя верхом.
— Снимай футболку, Нефертити.
Футболку? Но у меня там ничего нет!"
"В такую жару я не ношу бюстгальтер, моя маленькая грудь мне это вполне позволяет.
— Нет!
— Да, Карина, да. Чего ты боишься? Я ведь уже видел тебя всю. Более того, мы сейчас не совершаем ничего нового для тебя. Я хочу, чтоб ты сняла футболку. Сама.
Это он мне напоминает про ту ночь, когда я была не в себе?
— Мне стыдно!
— Прекрасно, стыдно тебе, а страдать должен я? То есть, когда я делал так, — он просовывает руку между моих ног и надавливает ребром ладони, — тебе было не стыдно, а снять футболку, ты стесняешься. А ведь сейчас я твоя защита.
Мне кажется, я краснею как рак.
А он продолжает движения рукой, через джинсовые шортики ощущения не такие острые, но говорящие и вызывающие воспоминания.
Психую и, чтоб не передумать, снимаю футболку.
Какое-то время Макс просто разглядывает меня, и под этим взглядом соски съеживаются.
Мне хочется увидеть в его глазах восхищение, желание, но его взгляд непроницаем.
Но вот он накрывает ладонями мою грудь, сжимает. Не сильно, но приятно.