Мужик гаденько усмехнулся, позвал собаку и скрылся в подъезде. Лера же так и осталась сидеть на ветке в добрых трех метрах над землей.
«Дааа, надо было информацию про полицию попридержать», - мелькнула в ее голове запоздалая мыслишка.
Чуть позже:
- Эй, чего это она делает? – ошарашенным тоном проговорил Роберт.
Демьян как раз припарковал машину поближе к подъезду.
- Что? – переспросил он, не сообразив, о чем речь. Проследил за взглядом Роберта, обозрел висевшие в воздухе очаровательные ножки, причем, не какие-нибудь там чужие, а те самые, что систематически покрывал поцелуями.
Вышел из машины, подобрался к дереву. Решил на всякий случай поинтересоваться:
- Удобно ль тебе сидится, красна девица?
Девушка юмора не оценила и дрожащим голосом обвинила:
- Ты опоздал на двадцать минут!
- Поэтому туда забралась? – усмехнулся он и, задавив приступ хохота, предложил почти серьезным тоном: - Спускайся, поддержу.
Девушка всхлипнула, приподняла попку, и, придерживаясь руками за ветку, начала движение к стволу дерева. Начала и остановилась.
- Страшно!
Демьян подавил очередную ухмылку, вытянул руки ей на встречу.
- Лерок, не ползи к стволу, просто опустись на руках немного вниз и спрыгни, я поймаю!
Должно быть, такой вариант напугал ее еще больше, но решила не признаваться. Послушно вернулась на исходную, попыталась спустить ноги ниже.
- Точно поймаешь? – спросила она.
Дождавшись кивка, крепко зажмурилась и только прыгнула прыгнула. Конечно же, не заметила, что сзади платье здорово зацепилось за какой-то сук. Тут же раздался треск разрываемого шва, и на руки к Демьяну девушка упала уже скорее раздетая, чем одетая. Теперь через боковой разрез платья было видно не только кусочек бедра, а вообще все аж до уровня бюстгальтера. Как по заказу подул ветер, и легкая материя тут же вспорхнула. В это время с другой стороны детской площадки проходили какие-то старшеклассники.
Демьян поджал губы, грозно зыркнул в сторону парней. Быстро стащил с себя рубашку и накинул на плечи девушки, чем заработал недовольные возгласы мальчишек, впрочем, поспешивших убраться.
– Чудо ты мое в перьях! – с чувством произнес он, прижимая Леру к себе.