Если верить тем разрозненным сведениям, которые удалось собрать Еве, мелкие тали были неразумны, но в глазах ее знакомого явно читался если не ум, то эмоции точно.
— Жаль, что ты не разговариваешь, — вздохнула Ева и протянула руку. Она не испытывала страха перед этим существом, хотел бы навредить уже не раз бы это сделал. Пальцы прошли фигуру птицы насквозь. — Странное ощущение. Ты похож на голограмму.
— Сама ты голограмма, — прошелестел ветер в голове.
— Ты не можешь разговаривать, у тебя нет тела, — Ева зевнула.
— Если у меня нет тела, это не значит, что я растерял свои способности, — недовольно буркнуло в голове. — Тебя послушать, так и призраки не могут общаться с живыми.
— Призраков не существует.
— А вот это было обидно, между прочим.
— По местной классификации ты таль, существо безмозглое и зависимое, — Ева подняла вверх палец и закрыла глаза. — Приснится же такое…
— Я, между прочим магистр, — возмутился голос. — И то, что я погиб когда в меня вселился сильный таль воздуха не делает меня тупым духом!
Ева приоткрыла глаза, старательно фокусируя взгляд на говорящей птице, но усталость последних суток брала вверх, спать хотелось так, что даже думать было лениво.
— Давай поговорим, когда я буду более адекватна.
— Спи, иномирянка, — фыркнул таль. — Я покараулю.
— С чего такая забота?
— С того, что в этом мире давно нет тех, кто может общаться с духами стихий так запросто как ты…
Он еще что-то бубнил, но она уже спала…
Когда через полтора часа ее разбудила Лю, Ева решила, то все ей приснилось.
Бурхун пробил дно шлюпки, отпустил пиратов, но руки развязывать им не стал, а вот барона Катара Ева решила забрать с собой. Предателю не место на свободе, но и убивать его рано. Ценный кадр — хороший козырь в переговорах с королем или главой ордена.
— Вы поступаете недальновидно, шата Ева, — пытался возмущаться пленный. — Я подданный другого государства у меня дипломатическая неприкосновенность.
Он еще что-то говорил, даже угрожать пытался, но Бурхун ловко засунул в рот «дипломату» тряпку и, связав впереди руки, закинул на лошадь.
— Маркизу Йерку расскажешь, за сколько предал командора, — холодно бросила Ева и больше не обращала на барона внимания."
"Первую половину пути они ехали быстро, останавливаясь лишь для того чтобы размять ноги и дать короткий отдых лошадям.