— Ты, наверное, соскучилась по сладостям, — проговорила тихо. — Внутри очень вкусный заварной крем."
"— Шата Ева, богиня вас… — начал снисходительно Бальтазар и замолчал, ошарашено глядя как исчезает подношение, — … не слышит, — закончил шепотом. — Что вы поднесли богине?
— Пирожное, — широко улыбнулась Ева. В отличие от графа она прекрасно видела как пирожное исчезло в желтом пламени. Бывшая магичка, а ныне богиня явно управляла стихией огня. — Что вас удивляет, граф? Сестра ведь женщина, а женщины любят сладости.
— И вы?
— И я.
Быстрый внимательный взгляд и вот перед Евой опять стоит светский ловелас.
— И давно боги вам отвечают, шата Ева?
— Всегда.
Ева не лгала, ей боги отвечали всегда. Два раза. Именно столько раз она подносила им подарки.
— Я пришла поговорить, — Ева оглянулась, но стульев в трипте не было.
— Я давно жду вас для приватной беседы, — склонил голову дознаватель. — Откройте сердце богам.
Ева фыркнула, представив на мгновение, как могла бы пройти исповедь, а вслух произнесла то, что говорила уже местному триптону.
— Для общения с богами мне не нужны посредники, граф. Мы сами разберемся с Тремя. С вами я хочу поговорить о другом.
— Тогда прошу в кабинет, — Бальтазар Старов махнул рукой на выход, пропуская Еву вперед.
— Интересно откуда появился этот обычай пропускать даму вперед? Я читала что в древнее времена, когда мир был населен монстрами и люди жили в пещерах, мужчины таким образом пытались избежать смертельной опасности. Они запускали в пещеру первой женщину, как более слабое существо.
— Какие интересные сказки вы читали, шата Ева, — нейтрально ответил граф, но задумался и пока шли по коридору молчал, поглядывая на Еву с явным интересом.
А ей очень хотелось забраться к нему в голову и прочесть мысли. Но таля разума под рукой не было, приходилось строить предположения.
Кабинет триптона находился в том же крыле и удивил Еву своей аскетичностью. Книжные шкафы, стол и жесткий стул.
— Мне нужна консультация светского характера, граф. Признание бастарда и введение в семью.
Небесно- голубые глаза графа слегка расширились, но больше ничего не выдало его удивления. А Ева про себя опять подумала, что граф чертовски красивый мужчина. Хотя и блондин.