Дикарка Жасмин

У тебя еще столько всего впереди, Ясаман. Не отчаивайся.

— Быть может, мне многое еще предстоит, но и в памяти осталось многое. Я никогда не забуду Индию.

— Ты и не должна! — ответил моряк. — Нельзя забывать ни плохого, ни хорошего. Набирайся опыта, храни все в памяти, но никогда не забывай. Это, девочка, и есть жизнь, а жизнь, как учила меня твоя бабушка госпожа де Мариско, — хорошая штука. Даже в худшие времена надо жить полной жизнью. Сегодня, Ясаман Бегум, ты оставила за дверью часть своей жизни. Но перед тобой открыта другая дверь.

Смело иди в нее. — Он сжал ей руку. — Я с тобой, и Куплен Батлер, и твой Адали, и служанки. Не бойся, принцесса.

""Помни, что ты дочь Могола», — отозвались в сердце девушки слова Ругайи Бегум.

— Я не боюсь, Майкл Смолл, — ответила она капитану. — Мне грустно расставаться с домом, но мне радостно ехать в дом… в дом матери в Англию.

— Ты храбрая девушка, Ясаман, — похвалил моряк, — ты ведь из породы храбрых женщин.

— Не Ясаман, капитан. — Она бросила прощальный взгляд на исчезающее побережье Индии.

 — Ясаман Кама Бегум осталась там. Если мне суждено слиться с новым миром, лучше войти в него, не отличаясь от других его обитателей. Отныне называй меня Жасмин — так переводится на английский язык мое имя. И у вас есть традиция называть людей по фамилиям. Как ты думаешь, если я возьму фамилии дедушки и бабушки, они не будут возражать?

— Нет, — тихо ответил он. — Думаю, что не будут. Напротив, это их обрадует.

— Тогда решено, — принцесса грустно улыбнулась, — я — Жасмин де Мариско с сегодняшнего дня.

Но, — добавила она, — несмотря ни на что, я навсегда останусь дочерью Могола.

Часть 2. ЖАСМИН. Англия. 1606 — 1607

Глава 8

— Тиетлвуд! — Скай О'Малли де Мариско еле удалось высунуться из окошка кренившейся на лондонской дороге кареты. Рядом с ней в экипаже спокойно сидел муж, едва заметно улыбаясь. — Черт возьми, Тиетлвуд, неужели ты не можешь ехать быстрее, — закричала она кучеру, который нахлестывал скачущих галопом лошадей и пытался при этом удержаться на сиденье.

— Лошади выдохлись, миледи, — донесся краткий ответ.

— Боже, мы опоздаем, — воскликнула Скай, опускаясь на подушки и поднимая стекло. Ворча, она запахнула на коленях бобровую полость:

— Вот какой прием мы окажем нашей маленькой принцессе, которая почти шесть месяцев в море. Замечательный прием! Она приплывет в Лондон, и никого не будет, чтобы ее встретить. Она подумает, что мы ее не ждем. Адам! Несчастный мой мальчик.