Та молча ушла вперед, остались они с Денисом Проничевым вдвоем. Он слегка замялся, а потом склонился к ней ближе, коснулся ее руки и шепнул:
- Марина Сергеевна, вы не волнуйтесь. Я, кхм, присмотрю за девочками, все будет хорошо.
И застыл, глядя ей в глаза.
Моментами Марине казалось, что ее шефу не тридцать пять, а восемнадцать. А моментами – наоборот, что у него в жизни был серьезный надлом. В любом случае, она улыбнулась ему:
- Спасибо.
Развернулась и хотела идти к машине.
Взгляд справа, острый как нож.
***
Пять лет прошло. А ему было все так же неприятно видеть рядом с бывшей женой другого. Хотелось сказать:
- Что ж ты на сопляков переключилась, Марина?
Много чего хотелось сказать. Он проводил хмурым взглядом бывшую жену, потом резко развернулся и пошел ко входу. Богдан и так был зол, Вика столько ныла, что он согласился пойти с ней.
Все-таки зря он пустил все на самотек и не навел справки сразу. Он хотел знать о Марине все: чем дышит, с кем спит. С кем спит – особенно. Потому что при этой мысли горло сводило от злости. Настолько, что он готов был все бросить.
Но сейчас они входили в клуб.
Завтра, сказал он себе. Можно было бы организовать наблюдение, но это было слишком личное. Богдан хотел заняться этим сам.
Никогда Марина не считала себя квочкой, не вмешивалась в дела сына, когда тот учился в школе. Это казалось ей нормальным – предоставить сыну свободу, не контролировать. Она и учиться его за границу отправила со спокойным сердцем.
Сейчас она просто извелась, пока девчонки не вернулись из клуба. Хорошо еще, Даша ей несколько раз за вечер скидывала сообщения, что у них все в порядке. А под конец, когда она уже хотела ехать за девочками, ей позвонил шеф, Денис Захарович.
- Марина Сергеевна, мы немного задержимся, у нас тут стихийно образовалась компания, — шеф казался оживленным, ей слышались шум, смех и приглушенная музыка.
Она аж присела.
- Это, наверное, неудобно.
- Ну что вы, какое неудобство, все хорошо.
Помолчал, а потом добавил:
- У моей сестры радостное событие.
Марина выдохнула:
- Что ж, хорошо тогда.
Но все равно сидела на иголках, пока девчонки не оказались дома.