Мальчишка, осторожно выглянув из своего убежища, взглянул на небо, но там несмотря на его черноту и непрекращающийся моросящий дождь, не было никакого намека на то, что началась гроза. Очередной удар грома не сопровождающийся вспышкой молнии, заставил его насторожиться и еще больше вжаться в мокрую стенку короба, и замереть. Доносившиеся до него хлесткие удары бича непрерывно следовавшие один за другим, вдруг стали удаляться, а вскоре и совсем стихли…
…Воспоминания с той встречи со старым знакомым стали проявлять себя довольно часто.
— Длинный! Семен! Ты опять завис в своих мечтах! Иди скорее сюда, смотри какого осетра пацаны выловили! Во праздник-то будет!
Длинный вздрогнул, услышав крик, зовущий его к пристани и поднявшись на ноги направился на зов, посмотреть, что же такого удивительного привезли мальчишки. В лодке пришвартованной к недавно построенному пирсу, помимо основного улова, лежал полутораметровый красавец.
— Как же вы умудрились подцепить такого, удивленно спросил он. Сеть как-бы мелковата для него.
— Да не. Он просто рядом вынырнул, когда мы сеть вытаскивали, и Яшка его со всего маху веслом огрел. Наверное, с испуга. Но говорит, что специально целился. Хотя вначале заорал как бешенный: — «Акула! Акула!» и давай по воде веслом шлепать. И видать все же попал куда следует, потому как сомлела рыбка, тут мы ее и вытянули. А вытягивали, не поверишь, чуть животы не надорвали.
Дела, после той памятной встречи пошли в гору. Не то чтобы прямо очень-очень, но все же. Вскоре к ним присоединилась еще одна ватага мальчишек и всего в подвалах разрушенного храма теперь обитали около сорока человек.
Не все были согласны с порядком, установленным Длинным и его ближниками. Ведь до сих пор ватаги беспризорников привыкли к вольнице. То есть можно было прогуляться по городу, при случае стибрить кошель у зазевавшегося селянина, ощупать пьяного оставив последнего другой раз и без порток, налететь на хлебную лавку.
Хочешь спать в тепле и вкусно питаться? Будь добр поработай.