– Думаешь, тебе хватит сил на борьбу со мной? – спросил я, отчасти надеясь, что Тэйт примет вызов, а отчасти – что нет.
– Еще как хватит. – И это ее обещание повисло в воздухе, словно табличка со словами «Вы выиграли в лотерею».
Черт, да.
– Татум Брандт!
Наш маленький мирок рассыпался на части. Посмотрев в сторону выхода из раздевалки, мы оба увидели, что там стоит тренер и с ним примерно половина команды по кроссу. Стоят и глазеют на нас.
Ох, черт.
Я едва не рассмеялся от того, как мне повезло.
Тэйт в полотенце.
Это явно не вписывалось в ее так называемый план под названием «Они не испортят мой выпускной год».
– Тренер! – выдохнула Тэйт, хватаясь за полотенце с таким видом, словно мы не разговаривали, а занимались чем-то предосудительным.
Отлично, Тэйт.
Но мое удовольствие длилось недолго – я увидел, что девчонки из команды снимают нас на телефоны.
Нет, нет, нет… проклятье.
Тэйт принадлежала мне, я делал с ней то, что хотел. Но я не хотел, чтобы ее фотографии в полотенце увидела вся долбаная школа!"
"– Такими вещами будете заниматься в другом месте. – Тренер произнесла это таким голосом, как будто собиралась погрозить нам пальцем и отправить спать без ужина. – Мистер Трент? – она строго посмотрела на меня. – Уходите!
Заставив себя больше не думать о фотографиях, я вышел из раздевалки точно так же, как и вошел.
Глава 12
Прошло несколько дней, за которые мое настроение испытало больше взлетов и падений, чем даже на гребаных американских горках. Тэйт остро ощущала мое присутствие и при виде меня всякий раз съеживалась – вверх! Всякие идиоты поздравляли меня с тем, что я поимел ее как какую-нибудь распутную девицу, которая готова отдаться где угодно, – вниз.
Гребаная сотовая связь, Интернет, технологии и все это дерьмо!
И что хуже всего, я действительно испытывал чувство вины.
Я должен был радоваться. Особенно учитывая тот факт, что Тэйт записалась на один из предметов в мою группу, и теперь я мог еще чаще действовать ей на нервы.
Но в этом году все было иначе, и то фото ничего не изменило. Парни хотели ее. Хотели так сильно, что их не отпугнули бы никакие придуманные мной слухи. Я мог бы сказать, что она ест козявки, или что у нее вши, или даже что она расчленяет трупы у себя дома, – бесполезно.
Ну и хрен с ним.