Я вернулся обратно, ощущая вкус крови у себя во рту, и встал над жалким куском дерьма, валявшимся на земле.
– На Петле вам больше не рады. – Я хотел, что бы мой голос прозвучал уверенно, но дыхание было рваным.
Чертова кровь из раны теперь стекала по пальцам. Наверное, придется накладывать швы.
Мэдок уже отволок второго парня, в крови и без сознания, к машине, и теперь шел за Райландом, чтобы убрать его с моего газона.
– Джаред, – вдруг позвал он почти шепотом.
Я посмотрел на него, но увидел, что он сфокусировался на чем-то другом.
Твою. Мать.
Тэйт стояла на дорожке, ведущей к ее крыльцу.
Просто стояла и смотрела на нас. Немного испуганная, немного растерянная и в проклятом, гребаном нижнем белье!
Какого черта?
Здесь был Мэдок и два других парня – пусть и без сознания.
Моя кровь вскипела, и жар тут же устремился в область паха.
Я стиснул зубы и шумно выдохнул.
На ней была обтягивающая черная майка без бретелек и трусики-шорты.
Ее тело было прикрыто, но совсем чуть-чуть.
Хотя это уже не имело значения. И так все было ясно: она идеальна. При виде ее откровенного наряда мое сердце забилось, как пневматический молот. Меня обуревало желание сорвать с нее остатки одежды и прикоснуться к ней прямо здесь и сейчас.
Она что, пытается меня доконать?
Иди в свой чертов дом, Тэйт! Господи.
А потом мой взгляд упал на пистолет, который она держала в правой руке.
Пистолет?
Нет.
Я прищурился, забыв о ее ногах и великолепных волосах, окутавших ее тело.
Она не собиралась помогать нам. Она бы точно не сделала этого.
Она ждала копов или что-то в этом роде.
Тэйт плевать на нас хотела, она просто совала свой нос туда, куда совать не следовало.
Потом я растерянно моргнул.
Если она вызвала копов, сомневаюсь, что она бы выскочила на улицу в трусиках и с пистолетом в руке.
Но с какой, блин, стати ей помогать нам?
Может, она вышла в белье вовсе не для того, чтобы помучить меня.
Но не успел я отфильтровать свои мысли, как Тэйт раздраженно вскинула бровь и потопала обратно на свое крыльцо, а потом скрылась за дверью в дом, продемонстрировав мне свою прекрасную задницу.
Мэдок рассмеялся, и я пихнул его в плечо, а потом пошел к своему крыльцу.
У меня был стояк и окровавленная рука, и я не знал, что мне нужно больше: швы или холодный душ.