Она подает руку, глядя мне на грудь, на живот – на вытатуированное мертвое дерево. Она, уроженка какого-нибудь чопорного зачуханного городишки, наверное, ненавидит мои татухи. Ее набожная мамаша, поди, внушила ей: люди с татуировками – зло, они съедят ее душу. Тесса, наверное, привыкла к виду чистой и ухоженной груди Ноя. Пристально слежу за тем, как она вглядывается и пытается понять значение рисунка. Уверен, у ее парня татух совсем нет. У него, поди, ни шрама на теле и в душе.
Отхожу от Тессы, а она стоит на месте, ждет указаний.
Я же просто не знаю, что с нею делать. Она все еще пялится на мою кожу… Зачем? Кстати, мне-то что с того? Чего беспокоюсь? Я для себя эти рисунки набил, а не для какой-то там предвзятой чиксы.
И с какой стати я оправдываюсь?! Плевать, что обо мне телки думают. Меня заботит не мнение их, а то, как бы их трахнуть, как они сходят с ума от моих ласк.
Хватит размышлять, Хардин. Я сейчас как Тесса – думаю слишком много. Да что она творит со мной?!
Перехожу к самой сути:
– Хочешь здесь? Или у меня в комнате?"
"Мне ее трахнуть? Уложить на траву, раздвинуть ноги и слушать, как она выкрикивает мое имя, пока я вылизываю ей клитор?
Поправляю трусы.
– Здесь, – говорит она, пожав плечами.
– Точно хочешь? – спрашиваю. Ее тянет ко мне, я вижу. Мне удалось ее завести. Чувствует ли она то же самое? Хочет ли касаться меня, как я хочу касаться ее?
– Подойди, – велю я.
Раскрасневшись, она медленно приближается.
Играть в игры у меня терпения не хватит, я хочу, чтобы она меня ощутила.
Начинаю стягивать с Тессы футболку. Не так-то это просто – снимать с человека мокрую липнущую футболку.
Первая часть дня прошла в соответствии с представлениями Тессы о приятном и беззаботном времяпрепровождении. Зато вторая пройдет как надо мне. Я не привык вести разговоры или отвечать на вопросы о том, кого я больше всех люблю.
17
Он готовился победить. Он почти победил.
И вдруг понял, что совершенно не готов к победе.
* * *Дрожащими руками расстилаю на траве мокрую футболку. Как простыню для Тессы.
– Ложись, – говорю ей и помогаю устроиться. Приподнявшись на локте, принимаюсь разглядывать ее тело, ее грудь. Загорелая кожа буквально блестит на солнце.