– Вечно вам надо за мужиком проследить, его эсэмэски прочитать, в бумажник к нему залезть… Ну, приобрел человек ерундовину за копейки, это что, преступление? Небось, когда всю его зарплату на новые туфли для себя, любимой, спускаешь, мужик потом по отделам не носится, не уточняет, где жена шлялась.
Я сделала глубокий вдох и пошла домой. Последняя шутка мужа совсем не показалась мне смешной. Сначала мне было очень жаль собачку, засунутую в мясорубку. Потом стало ясно, что несчастного животного в реальности не существовало, и душа успокоилась, однако тут же накатило понимание того, в каком глупейшем положении я оказалась.
Ну, Макс, погоди! Вот уже несколько месяцев я не попадалась на его уловки, мигом разоблачала все его попытки разыграть меня, но железка в фарше сработала на сто процентов. Конечно, ему повезло – меня очень встревожило поведение собак, которые кинулись обнюхивать пакеты с продуктами. Мопсихи, учуяв мясо, пришли в восторг, но потом неожиданно запричитали, зафыркали и удрали.
Глава 2
На следующее утро Макс, благоухая лосьоном после бритья, сел на кровать возле меня.
– Ламповецкий, пора вставать. Ты еще злишься?
– Да, – пробормотала я, пытаясь спихнуть с макушки задницу Фиры.
Она обожает спать у меня на голове, и ничего с этой ее привычкой поделать невозможно. Вечером Фира деликатно устраивается в самом дальнем углу постели и, старательно демонстрируя беспредельную собачью скромность, даже не пытается подобраться к подушкам. И вот парадокс, я отлично знаю, что наглее Фиры могут быть лишь бандерлоги, да и то не все, но почему-то думаю: «Наконец-то псинка поняла, что не стоит превращать в лежанку темечко хозяйки», – и благополучно засыпаю.
Вот Муся другая, та просто и откровенно плюхается мне на живот и издает недовольный скрип, когда я пытаюсь переменить позу.
Послышался тихий смех. Тяжесть, давившая на голову, исчезла.