— Анчик этого не сказал. Мы сейчас составим письменное соглашение, где после судебного решения в нашу пользу вы получите свою долю, выраженную в сумме пятидесяти процентов от общей суммы, — успокоил банкир.
— Это уже лучше. Но я бы хотел часть денег получить сразу, поскольку свою работу уже завершил, — настаивал Ерожин.
— Я вас вполне понимаю, но сейчас в банке очень напряженно с наличностью, — покачал головой Анчик. — Сколько бы вас устроило по минимуму?
— Надеюсь, тысяч пять я заработал? — улыбнулся Ерожин.
— Боюсь, что больше двух не наскребу, — предположил банкир, и принялся что-то искать в компьютере.
— Я вовсе не намерен вас грабить. А сумма, о которой я спрашиваю, у вас есть, — уверенно заявил сыщик.
Анчик удивленно заморгал глазами, явно обескураженный заявлением посетителя.
Подполковник выдержал паузу и обратился к помощнику:
— Глеб, подай, пожалуйста, наш чемоданчик.
Михеев подошел к столу, положил кейс между банкиром и шефом, после чего замер в ожидании.
— Открой его, — попросил Ерожин.
— Что это? — спросил он с дрожью в голосе.
— Наши деньги, — ответил подполковник. — Вы же поручили мне найти доллары Ходжаева. Я их нашел.
На минуту банкир лишился дара речи. Он смотрел на Ерожина, потом на Глеба и снова возвращал взгляд к раскрытому кейсу. Наконец успокоился, надел очки и принялся за подсчет. Пачки из кейса выплывали на письменный стол, лишаясь резинки, которой были перехвачены.
— Здесь всего двадцать семь тысяч. — В голосе банкира послышалось разочарование.
— Да? — притворно удивился подполковник.
— Можете пересчитать, если не верите, — обиженно буркнул банкир.
— После вас? — улыбнулся Ерожин. — Не издевайтесь надо мной, Анчик.
— Да, но Руслан взял у меня пятьдесят тысяч, — продолжал огорчаться хозяин кабинета.
— Странные вы люди, банкиры, — усмехнулся Петр Григорьевич.
Это все, что у него осталось.
— Да, Петр Григорьевич, вы правы. Вместо того чтобы воздать хвалу Всевышнему, Анчик начинает ропотать. — Банкир вынул из ящика стола калькулятор и молча поколдовал с ним минуту.