— Будешь знать, как меня ночами по трассе гонять.
Стянул над головой руки ремнем и даже белье с меня не снял. И презерватив не надевал, просто кончил потом мне на спину.
Паузу выдержал чисто символическую.
Я пробовала считать оргазмы, но сбилась со счета. Мои, его, все перемешалось. Мы трахались как животные, только бы поглубже, только бы плотнее тело к телу.
Демид был очень злой, и странно, но меня это больше всего возбуждало. Если бы он начал объясняться, ругаться или убеждать, эффект был бы совсем другой. А здесь все слезы и мысли выбивались из головы размашистыми ударами его бедер об мои.
Я первой не выдержала, попросила развязать руки. Он отбросил ремень и сжал рукой мои щеки.
— Что, поговорим?
Я покачала головой, и он уперся мне в плечо лбом.
— Я тебя предупреждал, что прошлое мы не обсуждаем?
Я кивнула.
— И? Арина, посмотри не меня.
Я посмотрела.
— Ты забыла, кто ты?
Я мотнула головой.
— Кто? — он сдавил пальцами бедра.
— Почти твоя жена, — пискнула я и обхватила его шею. — Дем, я тебя ревную…
— Ревнуй, — согласно кивнул он, — меня от этого прет. Но плакать из-за всяких телок моя жена не должна. Поняла?
Я снова кивнула.
— Вот и хорошо. Давай дальше ебаться, я еще на тебя злой.
И поцеловал.
Мы занялись любовью как обычно. Но этот его дикий животный порыв даже сейчас вызывает волну такого же дикого возбуждения, хоть Демид уехал обратно как только рассвело.
Он собирается вернуться завтра, но я бы не отказалась повторить наш ночной марафон.
— Двести пятьдесят кэмэ, малыш. Разве это мотаться?
— Может тогда я к тебе приеду? — спросила я его, потеревшись носом о колючую, одуренно пахнущую щеку.
— Только попробуй, — нахмурился он, — куда тебе ночью по трассе?
Чтобы убить время, захожу в супермаркет за продуктами. Приготовлю ужин и сброшу фотку Демиду. Буду завлекать его домой как приличная жена.
В конце концов, с ним там охрана. Они его одного все равно не отпустят.
Возможно, это слишком эгоистично, но когда Демида нет рядом, я словно раскалибровываюсь. У меня будто стержень выдергивают, и я перестаю ощущать себя чем-то цельным.
Уже рассчитываюсь на кассе, когда вижу Пашу Бортникова. Отворачиваюсь, делая вид, что не заметила, но поздно, он направляется ко мне.