— Какую футболку?
— Говорит вашу. Я как раз смотрю. Черная, чистая, выглаженная… Так что с девушкой, Демид Александрович, пусть идет с Богом?
— Постой, покажи мне ее, — переключаю сигнал и изумленно вглядываюсь в экран домофона.
Так это же моя студенточка! И прямиком из общаги!
— Впускай, Андрюха, — машу бокалом.
Как она в тему принесла футболку! Мне не мешает отвлечься и от Айдаровых, и от Покровских.
Вытягиваю ноги и удобнее усаживаюсь на диване.
— Ну привет, студентка Ирина. Проходи, чего стоишь на пороге?
* * *Арина
Как хорошо что он назвал меня по имени! Я и думать забыла что я Ирина, а не Арина, чуть было не спалилась.
Ничего удивительного, стоило увидеть Демида, сразу все вылетело из головы. С таким Ольшанским меня точно никто не знакомил.
Один его дом чего стоит. Ощущение, что это логово, а не дом. Причем внешне все очень статусно — интерьер люксовый, продуманный и, конечно же, баснословно дорогой. У нас с папой гораздо проще, хотя я знаю, сколько отец потратил на дизайнеров.
Все дело в энергетике. Я долго не решалась войти, переминалась у входа с ноги на ногу, а когда шагнула за порог, вмиг будто затянуло воронкой.
Охранник, который меня впустил, сказал, что Демид ждет в гостиной, но провожать не пошел. А мне даже у голову не пришло спросить, где искать гостиную.
Просто нашла. Сразу же. Вместе с хозяином дома, который судя по своему виду меня ждет.
Он сидит на диване в расслабленной позе, одетый в рубашку и узкие брюки, которые слишком отчетливо прорисовывают рельеф широко расставленных ног.
Как магнитом притягивает.
Рядом на столике бокал с янтарной жидкостью, в уголках губ кривая улыбка, в глазах черти.
Боги, верните мне того Ольшанского, что был раньше!
Мои ноги в одну секунду размягчаются до состояния ваты — если попробую сделать хоть один шаг, точно упаду. Поэтому стою как приклеенная, прижимаю к животу пакет с футболкой и пялюсь на бугристые мышцы.
— Долго на пороге торчать собираешься? — Демид берет со столика бокал и делает глоток. — Иди сюда, садись.
Он хлопает рукой по дивану, а я залипаю на смуглой шее. Смотрю, как двигается кадык, когда Демид делает глотательное движение, сама непроизвольно сглатываю.
Мы так не договаривались. Я готовилась к встрече с мрачноватым неприступным мужчиной, наглухо упакованным в дорогой, застегнутый на все пуговицы костюм.