Позднее мне Агата рассказала, кто были эти люди. Она обмолвиласьЮ что даже её отец старается держать с этими людьми нейтралитет, просто потому, что они небезопасны, особенно тот седой мужчина, имени она его не знает, но зовут его в тех кругах, «Чтец» — странное, конечно, прозвище. А ещё меня в тот момент раздирало любопытства: кто отец Агаты, и где он? Я знала ещё тогда, что живёт она вдвоём с дядей.
— Кофе чёрный, без сахара. — подпрыгиваю на\месте от хриплого голоса мужчины. — Только не эти помои с машины. — кивает в сторону кофе машин.
— У нас кофе в кофеварке варят. — говорит Женя, причём не очень вежливо. — И вообще мы…
— Какой предпочитаете? Арабика, Либерика, Робусто.
— Покрепче, чтобы взбодриться. — судя по тому, что мужчина достал из кожаного портфеля, который принёс с собой какие-то бумаги, он собирался задержаться.
Киваю, хотя он этого и не видит, и быстрым шагом иду в сторону кухни.
— Я как бы домой уже планировала, ты чё его ни прогнала? — подбежав ко мне, затараторила Женя.
Я достала с полки турку и поставила её на плиту. В кофемолку засыпала свежих зёрен, нажала на кнопку пуск.
Я не слышала, что ответила мне Женя, да, в общем-то, и не хотела слышать. Превратив кофейные зёрна робуста в мелкую крошку.
— До закрытия две минуты. Ты не успеешь попить кофе, Мира.
— Я не себе. — отвечаю Таи, что уставшая и злая вышла из кабинета. — У нас посетитель.
— В смысле? Вы что, не сказали, что мы до девяти работаем.
— Я сказала! — уверенно и очень услужливо чеканит Женя.
— То, каким взглядом одарила Тая выскочку, Евгению, нужно было видеть. Мне как бальзам на душу.
Не то, чтобы я как-то предвзято относилась к этой девушке, нет. Даже то, что она попросила поделиться «холявушкой» меня не особо тронуло. Скорее, это её личностный конструкт, черта её характера. Не люблю людей, которые со всеми ведут себя по-разному. Кому нужно, подлизнут, кому не нужно, нахамят.
Тая приоткрыла дверь, ведущую в зал. Судя по тому, как девушка напряглась, выпучила глаза, а затем с застывшим каменным лицом вернула весь свой корпус обратно, снова подошла ко мне.
— Калинин? — голос девушки заметно просел.
— Он раньше у нас бывал?
— Нет, конечно. Для него это едва ли не клоповник. — поворачиваю голову, смотрю на Таисию непонимающим взглядом.
У нас очень приличное заведение. Не просто очень чисто, у нас дорогие столы и не пластиковые стаканчики, а хорошая, дорогая посуда, и сам кофе у нас отборный.