Он тащит меня за собой к туалету."
"Но в этот момент музыка резко прекращается. Наступает полнейшая тишина и врубается полный свет. Я щурюсь с непривычки.
– Стоять всем! – раздается громкий грубый голос.
Мы оба оборачиваемся.
– Полиция что ли? – недоумевает здоровяк. – Какая тварь вызвала?!
Вопрос в никуда, потому что я точно не собираюсь признаваться. Просто молчу в ответ.
– Так, – говорит он, открывая какую-то дверь, – сиди здесь. Мы еще не договорили. Сейчас порешаю и приду.
– Эй! – стучу его кулачками и понимаю, что больно мне, а не ему, потому что ударяю как будто по шкафу.
Не успеваю докричать, как он накрывает мой рот своей здоровенной ладонью и животом заталкивает меня в комнату. Быстро закрывает дверь и я слышу щелчок замка.
Дергаю ручку – бесполезно. Меня заперли.
Осматриваюсь. В комнате полумрак. Какая-то подсобка? Стеллажи с папками, принтер. Телефона нет.
Со всей силы пинаю в дверь. Бью руками. Никакого ответа.
Меня никто не слышит.
Блуждаю взглядом по стенам и он останавливается на небольшом окне. Решетки нет. Но окно высоко. Приставляю стул и дергаю ручку. И окно открывается!
Так. Вот она, свобода.
Но хочется оставить о себе на память что-то. Улыбаюсь.
Включаю принтер, открываю крышку и кладу на панель свою ладонь со средним пальцем. Нажимаю на кнопку. Принтер гудит, разогревается и выплевывает цветную картинку с неприличным жестом и моим красивым маникюром. Классно, даже в цвете получилось.
Недолго любуюсь, пришпиливаю картинку на стену.
Все бы ничего, но платье… В нем просто невозможно двинуться. Пока забираюсь, ломаю ноготь, царапаю ногу. И в довершении с правой ноги спадает туфля.
Матерюсь про себя. Но прыгать за ней нет времени. Дорога каждая секунда. Поэтому просто продолжаю протискиваться в окно.
Тут же невысоко. Надо лишь немного пролететь по воздуху, чтобы приземлиться. Отпускаю руки. Лечу. Но недолго.
Так как меня подхватывают чьи-то руки и ставят на землю.
– А ты куда? – спрашивает незнакомый мужской голос.
Глава 2
Василиса
Ойкаю и оборачиваюсь. Передо мной стоит полицейский.
– Куда спрятала? – спрашивает он строго, осматривая меня. – Учти, баб нет, чтобы личный осмотр здесь проводить. Поедешь в отделение.
– Не надо в отделение! – умоляю я, складывая руки на груди. – У меня нет ничего! Я ничего не делала!
– А сбежать хотела зачем?
– Меня заперли там, – показываю пальцем на окно.