Доктор Барченко (СИ)

Она представилась Шишеловой, по мужу, девичью фамилию не называла...

- Происхождение пощупайте? Отец кто? Нотариус? Умер от тифа? Отношения разорваны с 1910-х годов? Почему?

На допрос неожиданно пришел Блюмкин.

- Этого не трогайте, он нам нужен. Товарищ Барченко - известный специалист в области паранауки, гипноза и магии. Он готов служить Советской власти. Беру под полную свою ответственность.

- Подпишите тут - сказала секретарша.

Александр неуверенно взял перо. Гете, сочиняя ""Фауста"", не представлял, что сделка с сатаной может быть такой простой.

Завитушка подписи превратила одинокого мистика в соратника темных сил. Тогда еще Барченко наивно полагал, будто все это временно, а затем он убежит в Германию к Фридриху фон Вительгаузену. Ничего подобного!

Всю ночь во сне по нему прыгала громадная черная крыса.

Appendix 2."

"Вторая встреча - в узком московском переулке. Голодные толпами ринулись туда, где поспокойнее - на юг, в Киев. В Москве открылось - страшно и подумать было о таком еще пару лет назад - украинское консульство, с очередями и с жовто-блакитным флагом на крыше.

Чтобы получить разрешение на поездку, предстояло бесконечно долго, сутками и неделями, приходить рано утром к дверям, отмечаться и ждать. Получившие визу выходили счастливцами, не думающими ни о страшной дороге, ни о том, что, возможно, и Украина окажется советской, а бежать придется очень далеко.

- Поклонитесь от нас белому хлебу - не в шутку говорили уезжавшим, там ведь остался еще белый хлеб?

- Остался. И паляница, и французские булки, и даже сало - не все немцы забрали - отвечали им.

Очередь вздыхала, глотая набежавшую слюну, провожая уходивших завистливыми взглядами.

Барченко никуда не собирался уезжать, но идея поехать за украинской мукой и вернуться в Петроград посетила его в черную минуту.

Ужасно хотелось есть. Жена и сын страдали от недоедания, у Натальи начались обмороки - первый призрак анемичного малокровия. Сын не вылезал из болячек, и даже казавшись здоровым, хирел и температурил.

Александр за три послереволюционных года не переболел разве что сапом. Надо срочно было что-то предпринять. Слабея, готовил себя к любым авантюрам. Лишь бы спасти семью, лишь бы спасти!

Тогда многие мешочничали, рискуя жизнью, рассказывали, например, о бывшей курсистке, привезшей в Москву с хутора под Киевом 6 пудов утоптанной муки. Как она их дотащила, представить невозможно.

Увидев в консульстве серую ленту людей, он отшатнулся и вздрогнул.

Но встал в очередь.