Впервые её такой злющей видела, чуть печень мне не выдрала, как орёл Прометею. Она запретила мне встревать – и была абсолютно права. Однако, очень тяжело смотреть на то, как твой близкий человек, такая трепетная и нежная душа, тихо погибает, а ты бессилен что-либо сделать. Отвратительное чувство.
Но если это начнёт нести угрозу малышу из-за нервов – я не послушаю Алю. И просто убью Романа, да и всё.
* * *Так незаметно и подкрался день нашего с Сашей супер-свидания в стенах здания мировых судей. То на кофе зовёт, то в суд поболтать о тяжбе – какой многогранный мужчина!
Часы показывали девять пятьдесят пять, когда я вошла в здание.
На высоченных шпильках, облегающей юбке и блузке, сквозь которую просвечивало то, что ему так понравилось. Пусть облизывается сидит. Может, с толку его собью своим видом. Или хотя бы спесь с холёной красивой морды!
Вошла, и дыхание перехватило, стоило мне увидеть широкую спину в очередном дорогущем пиджаке. Костюм, как и все другие, что я уже видела на нём, сидел идеально, и я уже подумала, что я недостаточно хорошо теперь выгляжу на его фоне, но бежать было поздно.
– Доброе утро, Анна, – закончив осмотр, произнёс мужчина.
– Здравствуйте, Александр, – замявшись, выдавила я.
Господи, где мой голос? Что это за хрип старого хрыча, и как я могла забыть все слова? Этот мужчина однозначно плохо влияет на меня.
Рука машинально потянулась к уложенным длинным волосам. Сегодня я собрала их в хвост, и теперь нервно крутила его в пальцах, выдавая своё состояние. Мужчина ловил каждое моё движение и тоже задержал взгляд на моих волосах.
– Идёмте, – указал рукой на дверь Саша.
Глава 9
Я прошла мимо него в указанном направлении.
– Прямо и налево до конца, – услышала я голос сзади.
Молча перебирала ногами и цокала шпильками по каменному полу, раскачивая бёдрами из-за не особенно устойчивых каблуков. Я просто уверена, что он специально пошёл следом, чтобы посмотреть на колыхания моих задних полушарий! Засранец. Ну, смотри, смотри. Лишь бы не трогал.
Остановилась у нужной двери. Мужчина прошёл очень близко и открыл передо мной её – какой джентльмен! Мелочь, а приятно.