Впрочем, не знаю, была ли там на деле долина или же странный свет попросту истекал из земли.
Не торопясь более вступить в это место, я повернул к кустам и залег на животе, покоряясь страху, овладевшему моим духом. Потом, раздвинув кусты, я принялся наблюдать и долго разглядывал зарево. Наконец внутри светящейся завесы словно бы распахнутой невидимым ветром, открылась чудовищная голова. Буквально через светлое марево вновь затянуло ее, так что я даже усомнился в собственном зрении.
И о! миновала минута, и я увидел голову снова; но не мог понять, что передо мной: жуткое чудище вроде Стражей Великой Пирамиды или скала, которую люди своими руками преобразили в подобие чудовища.
Поднявшись наконец на ноги, я вновь огляделся вокруг. Выход из Ущелья располагался сзади меня, ориентиром служили огненные жерла.
Но слева от Ущелья залегла тьма, в которой, тем не менее, угадывались черные отроги чудовищных гор, прорезанных Ущельем.
Таким предстал передо мной новый Ночной Край.
То зарево, от которого я поспешно удалился, уходило далеко налево, а потом вновь тянулось ко мне из тьмы, останавливалось передо мной и уходило в предельную даль. Хотя размер его был велик, не сочтите, что столь протяженное зарево освещало землю: в Ночном Краю не бывает света.
Теперь вы примерно представляете, что видел я за собой, слева и перед собой. Словом, путь налево не сулил мне ничего хорошего, а справа стояла тьма, в которой кое– где горели жерла.
Великий мрак лежал на просторах этой страны. И я стоял один – в самом сердце его. Поймите же и вы предельную трудность моего предприятия и страх, суливший безуспешные поиски до самой смерти. Прошу вас, поймите меня.
Не задерживаясь, я повернул направо – вдоль цепи небольших вулканчиков, хотя и на значительном удалении от них – и шел так десять часов, в волнении и с надеждой, забыв про еду, оттого, что лишился покоя.
На десятом часу я предельно ослабел, и мне уже казалось, что я вот-вот потеряю сознание. И о! Наконец я вспомнил, что забыл позаботиться о себе. Посидев немного, я съел четыре таблетки, почувствовав, как возвращаются силы, а потом испил воды и отправился вперед, ибо дух мой сразил бы меня, попытайся я только уснуть.