– Через восемь минут, – сказал он девушке, едва голос в записи сообщил, когда приедет машина. Джербер надеялся, что такси прибудет раньше, – он боялся, что Майя снова станет просить его заняться случаем Эвы.
Девушка шагнула к нему: на рыжие волосы в капельках влаги падал свет фонаря, образуя вокруг лица сверкающий ореол.
– Доктор Джербер, по-вашему, за этим может стоять что-то, кроме шизофрении?
– Конечно, нельзя исключать, что Эва создала себе воображаемого друга потому, что отчаянно нуждается в обществе других детей.
– Я не об этом, – проговорила девушка, устремив на него пристальный взгляд.
Тогда что она имела в виду? В чем хотела его уверить? Что есть еще какое-то объяснение?
– Так или иначе, этот воображаемый безымянный мальчик сейчас ополчился на нее, – добавила Майя Сало неожиданно суровым тоном. – У вас, доктор Джербер, это не вызывает гнетущего чувства? Эва причиняет себе боль, потому что у нее нет выбора.
Такси приехало раньше обещанного, избавив Джербера от необходимости отвечать на каверзный вопрос.
– Вы будете дома через сорок минут, – объявил он.
Майя не поднимала глаз.
– Спасибо, завтра я постараюсь вернуть вам деньги.
– Изгонять воображаемых друзей – не моя специальность, – сказал Джербер, держась за все еще открытую дверцу. – Но завтра я заеду к вам, чтобы взглянуть на Эву."
"Девушка сперва обрадовалась такому неожиданному повороту, но тотчас же помрачнела.
– Я должна вас предупредить, – начала она, – что воображаемый друг не любит новизны: если что-нибудь не по нем, он отыгрывается на Эве, и я вижу на ее теле новые синяки.
Будет нелегко, подумал психолог. Но успокоил Майю.
– В конце концов, он всего лишь ребенок, – сказал с улыбкой. – А дети – как раз моя специальность.
Прежде чем такси отъехало, они договорились встретиться назавтра во второй половине дня.
Майя порылась в карманах синей куртки и вытащила письмо Эвы, которое пыталась вручить доктору, выходя из его кабинета несколько часов назад.
– Хотя писалось оно не для вас, доктор Джербер, думаю, вы заслужили право его прочесть.
Забыв о выдумке, которой Майя пыталась его улестить, Джербер принял дар в виде потрепанного конверта. Долго глядел вслед удаляющемуся такси, надеясь, что сделал правильный выбор. Прежде чем продолжить путь домой, решил открыть конверт.