Но уже через несколько секунд они покрылась черными точками, затем пятнами, а потом и вовсе под ними расплылся густой ореол.
Рана явно было не из обычных… Даже по меркам тех, которые могли нанести своими техниками адепты.
Вновь не с первой попытки, Хаджар достал из кольца бурдюк с медицинской водой и, промыв свои руки, смыл волшебные символы с груди Карейна.
Те исчезали с точно таким же шипением, как и черви. В итоге, спустя пять минут операции, весь торс Тареза выглядел так, будто его несколько месяцев пытали огнем и кислотой.
– Что же с тобой сделали, – покачал головой Хаджар.
Вонзив в землю меч, Хаджар прислонился к небу спиной и посмотрел на небо. Яркое, светлое, с облаками и подмигивающим из-за них солнцем.
Оно было совсем не такое, как в мире смертных. Будто нарисованное, словно ненастоящее. Такое, которым хочется любоваться, такое, как можно увидеть лишь на пейзажах лучших из художников.
Одного этого, не считая бури в потоках Реки Мира, было достаточно, чтобы действительно поверить в то, что Хаджар находиться в ином мире.
Все это было сложно.
Даже слишком.
– Спа…си…бо, – прохрипел, спустя несколько часов, очнувшийся Карейн. – Во… ды…
Хаджар вышел из поверхностной медитации, размял тело после пребывания в позе лотоса, взял в руки бурдюк с медицинской водой и, приставив к горлу раненного Синий Клинок, приподнял его голову и осторожно прислонил к губам горлышко.
После первого же глотка Карейн закашлялся, но не перестал жадно пить.
– Я уже думал, что… все, – речь теперь давалась ему явно проще. – Зарежет меня отец. Будто свинью…
– Никогда не думал, что у вас такие острые отношения.
– Острые? – Карейн криво усмехнулся. – хороший каламбур, Хаджар. Я, все же, позитивно на тебя повлиял за время наших приключений…
Клинок Хаджара все так же лежал под кадыком Карейна.
– Это у тебя стиль… общения такой, Хаджар? – Карейн, тяжело дыша, продолжал корчить из себя шута. – Разговаривать с… мечом у горла.
– Только с теми, кто может предоставлять угрозу.
– Угрозу? – Карейн потянулся к раненному боку, но так и не коснулся бинта. – Я сейчас… представляю угрозу… разве что экологии этого места.