Но теперь это нависло над ней как нечто реальное и неумолимое. Сага выйдет за Бьорна. И тогда она станет одной из них. Урканкой.
Кожа начала чесаться, словно стала тесной. Уходи, — думала она. Беги.
Простая мысль. И смехотворно невозможная. Сага уже давно, в каком-то смысле, смирилась со своим состоянием. Потребность в безопасности стала её защитой, рациональной или нет, но это не ощущалось преградой. Скорее… частью себя. Она даже находила в этом своеобразное утешение.
А теперь это чувствовалось кандалами.
Она ощущала, как подступает тревога, будто чья-то рука сжимает её рёбра, всё туже, всё неумолимее… Западня.
Звук шагов стал оглушительным. Кто-то шёл. Кто-то увидит, как она разваливается на части. И это станет новым топливом для перешёптываний за её спиной… Боги, Сага не выдержит этого.
Её взгляд упал на чучело медведя, с вечно оскаленной пастью, и Сага поняла, в каком коридоре оказалась. В последнем отчаянном рывке она нащупала камень в полу, три шага от медведя, и проскользнула в потайную дверь, которая распахнулась внутрь.
"В мире, где у Саги никого не осталось, был только один союзник — замок Аскаборг, с его потайными ходами, ведомыми только ей. Невидимость была её плащом, и замок дарил это, когда ей было необходимо. Урканцы, конечно, обнаружили многие из этих проходов.
Она пошла вперёд, шаг за шагом по абсолютной тьме, ориентируясь только по памяти. Вскоре она доберется до потайного выхода в очаге библиотеки, который, к счастью, больше не используется.
Громкий грохот, за которым последовал женский вопль заставили Сагу замереть. Мужской голос пробормотал что-то сквозь старые каменные стены. Но голос женщины она узнала безошибочно. Королева Сигна.
— Как она могла ускользнуть? Они взяли ее под стражу! В камере!
Сага придвинулась ближе, прижав ухо к сырому камню.
— Очень прискорбно, Ваше Величество.
Это был мейстер Альфсон. От осознания этого по её спине пробежал озноб.
— Что за некомпетентным идиотом был твой друг, мейстер? Командор Айстрийской ветви Клитенаров. Как могла необученная девчонка одолеть его?
Волоски на руках Саги встали дыбом от ярости в голосе Сигны. Обычно она пряталась в тишине между словами, не звучала так открыто и злобно.