Дороже всех сокровищ

 – В тот день я была там с отцом, – напомнила она.

– Да.

– И ты все равно не веришь в Инферно? Ты отказываешься даже предположить, что мог испытать что-то ко мне, а не к Кейтлин?

– Да, я не верю в Инферно. – Раскат грома, заглушил слова Лазза, но его взгляд был красноречивее любых слов. – Никогда не верил и вряд ли поверю.

– И все же ты должен что-то чувствовать, – упорствовала Ариана. – Что бы это ни было, чувствую это не только я.

– Ты испытываешь желание. Мы оба его испытываем. Мы женаты и никого, кроме друг друга, не видим.

Ситуацию дополнительно запутывает твое условие о сексе после свадьбы.

– По-моему, условие звучало как «никакого секса после свадьбы». – Ее чувственные губы изогнулись в кривой улыбке.

– Мне кажется или в твоем голосе появилось сожаление?

Яркая вспышка молнии сверкнула совсем рядом. Воздух приобрел резковатый металлический запах. Лазз скорее ощутил, чем услышал судорожный вздох, а затем Ариана спрятала лицо у него на груди.

– Тебе не кажется. – Слова звучали невнятно. – Я сожалею обо всех условиях.

Сожалею, что не встретила тебя раньше, чем Марко. Что наши отцы заключили дурацкий договор. Что наш первый поцелуй состоялся только в день свадьбы.

– Не могу с тобой не согласиться. – Лазз обхватил ее руками, чтобы ей было не так страшно и холодно. – Я до сих пор недоумеваю, почему папа его составил. Может, у тебя есть какие-нибудь идеи на этот счет?

– Никаких. Даже если моему отцу известно больше, он мне ничего не говорил.

– У меня только одно предположение – Витторио согласился ради денег.

– Отрицать это нельзя, – выдавила из себя Ариана. В ее голосе слышалась боль, и Лазз неожиданно подумал – она считает, что отец ее предал, позволив жадности взять вверх над любовью к дочери. – Папа однажды намекнул, что твой отец привел какой-то довод, заставивший его подписать этот договор, но отказался объяснить, какой именно. Якобы время для этого еще не пришло.

Молния сверкнула снова, на этот раз где-то вдали, и очередной раскат грома не заставил себя ждать.

Дождь не прекратился, но был уже не таким сильным. Тучи немного рассеялись, однако светлее не стало: наступала ночь."

"Ждать больше не имело смысла. Лазз встал, помог подняться Ариане и собрал вещи.

– Надевай, – протягивая дождевик, велел он.

– Мы возвращаемся? – спросила она с облегчением.

– Думаю, пора. – Он сверился с компасом. – Как только мы найдем ручей, он выведет нас к озеру.

Лазз подыскал для своей жены подходящую палку, подставил плечо и обнял ее.