А здесь, в реальной жизни, у тебя есть шанс всё исправить. И пусть тебе сейчас кажется, что это невозможно, вот увидишь, всё изменится. Вспомни своё состояние, когда ты больна, у тебя температура. Становится нестерпимо себя жаль, правда? Сознание подсказывает, что всё плохо. Но стоит только поправиться, и все проблемы, от которых градом текли слёзы, кажутся несущественными. Вот и тебе сейчас просто нужно поправиться. Спи, дочка, – прошептала старушка и влила в меня какой-то травяной настой. Я моментально уснула.
Глава 6
Когда я вновь пришла в себя и слегка приоткрыла глаза, то увидела сидящую рядом старушку. Она разговаривала с каким-то старичком.
– Прасковья, ну я бутылочку-то приговорю за здоровье нашей незваной гостьи.
– Да пей ты, хрыч старый. Вон, картошка варёная на плите да огурцы малосольные. Закусывай хоть, а то опять наквасишься, ирод царя небесного.
– Да ладно тебе, Прасковья, я меру знаю.
– Да уж, знаешь. В прошлый раз бревном рухнул, еле откачала.
– Прасковья, ну а как вообще она? Ты же у нас знахарка от бога, лучше врача любого разбираешься.
– Жить будет, да толку мало.
Я закрыла глаза и почувствовала, как бешено застучало моё сердце.
– Что значит «толку мало»? Ты имеешь в виду – долго не проживёт?
– Я же сказала – жить будет. Да только кому такая жизнь нужна… Переломанная она вся. Позвоночник поврежден. Руками двигать будет, а вот ходить точно нет. Калека на всю жизнь.
– Жалко девку. Молодая ещё…
– Вообще непонятно, как она выжила? Столько времени по лесу ползла, откуда только силы брались.
– Да я когда её увидел, сам ошалел. Думал, труп, честное слово. Даже представить не мог, что она живая. Вся в кровищи. Удивился, когда почувствовал, что у неё хоть и слабенько, но пульс бьётся. Надо же как в жизни бывает.
– Она говорит, что была женой очень богатого человека, и он её «заказал».
– «Заказал»… это решил убить, что ли?
– Петрович, ну ты как маленький, ей-богу. Муж её приговорил. Только вот не знаю, что над ней сотворили. А она осталась жива.
– Я слышал – там, за лесом, с обрыва автомобиль слетел и взорвался. Правда, толком не понял, кто был в машине.
– Так, может, она и была. Выжила, но теперь калека обречённая. Выходить-то я её выхожу, но поставить на ноги не смогу.