А если вообще снять покрывало, то это капец. Местные мужики, наверное, молча кончают. Знаешь, когда я с несколькими наложницами выезжала в город, то обратила внимание: то ли тут мужики ленивые, то ли им реально нечего делать. Садятся кучкой на обочине и рассматривают проезжающие машины, почёсывая бороду. Такая жара, а у них рядом даже бутылок с водой нет. Знаешь, как на меня мужики пялились? Не передать словами. Реально голодные волчьи взгляды. Мне даже стало не по себе. Страшно так смотрят, исподлобья. Не сразу поймёшь, что у них на уме.
– Из твоих рассказов я поняла, что за забором ужасная и опасная жизнь, – задумчиво произнесла я.
– Ну не то чтобы такая опасная, просто здесь всё понятно, а там ни черта.
После нашей последней беседы Аня не появлялась у меня сутки, а когда появилась, то сразу похвасталась новым колье:
– Зацени! Посмотри, сколько брюлов!
– С султаном, что ли, была?
– Он выбрал меня на ночь. Я же говорила, каждому мужику хочется новизны. Вот он и остановил на мне свой выбор.
Аня стала уговаривать меня перейти в центр зала, чтобы она могла, сидя на подушках, покурить кальян, но я покачала головой.
– Там на меня все смотрят как на неведому зверушку, смеются, пальцем показывают. Каждая хочет знать, зачем султан притащил сюда калеку, ведь тут таких ещё не было. А я только порчу картинку и, кроме раздражения, ничего не вызываю.
– Тебе интересно мнение этих баб? Да плевала ты на них на всех с высокой колокольни. – Аня схватила мою коляску и демонстративно покатила к подушкам.
– Нет, – замотала я головой.
– Я попрошу, сейчас гашиш добавят.
– Тем более не буду.
– Послушай, ты прямо вся такая правильная. И за что тебя только муж «заказал»?"
"– Наверное, за то, что я слишком правильная. Захотелось пожить с неправильной. Видимо, с ней интереснее. Больше адреналина.
Аня посмотрела с ненавистью на поглядывающих на неё женщин и закурила кальян. Сейчас им до меня не было дела. Все с ненавистью и злорадством смотрели на Анино колье, потому что понимали: эту ночь она провела с султаном.
– Вот сучки драные, – не выдержала Анька. – Смотри, как обзавидовались! Нет чтобы порадоваться, проявить женскую солидарность. У меня, между прочим, мать под Киевом в старом разваленном доме живёт и ещё три младшие сестры, которых кормить, обувать и одевать надо. Мать тянет их одна. Отца на стройке плитой ударило, но этим сучкам, видимо не понять, что я здесь торчу не от хорошей жизни, а приехала на заработки.