Она и так столько всего сделала для меня… Заботилась обо мне весь этот год, хотя это я ее старший брат. И это именно я должен был стать опорой для нее после того, как мы вдвоем остались без родителей.
– Прости меня, – хрипло произношу я, целуя ее в макушку.
Она отстраняется от меня и удивленно вскидывает бровь:
– За что ты извиняешься?
– За то, что тебе приходится видеть меня таким. За то, что тебе приходится возиться со мной, как с маленьким ребенком. За то, что тебе приходится быть сильной.
Эбби шмыгает носом.
– Лиза умерла, Эштон.
Ноябрь. 2022 годГребаный дождь. Ненавижу. Какого хрена его так много? Хотя, может, наступит день, когда я умру от какого-нибудь воспаления легких?
Задолбало.
Гребаное обещание Сэму жить.
Я тупой. Всегда знал, что многочисленные шайбы хорошенько встряхнули мой мозг.
Дерьмо.
В глаза светит яркий фонарь. Какого хрена они поставили его прямо здесь?"
"Гребаный «Лагавулин» на вкус – как отрава для крыс. Это уже вторая бутылка. Первую я, кажется, выпил еще по дороге из аэропорта. Ну ладно, это пойло хоть немного меня опьянило. Но мне все равно хочется сдохнуть.
Прошло два с половиной года. Когда мне станет легче? Гребаное время ведь лечит. Или что там заливают эти гребаные психологи, которым я платил по триста долларов в час?
Ненавижу.
А вот слово «гребаный» определенно очень люблю. Мне хочется вставлять его перед каждым словом, что срывается с моих губ.
Вчера мою сестру чуть не сбила машина. Что бы я делал, если бы и ее не стало в моей жизни?
Может, дело во мне?
Я никого не могу уберечь.
Зачем я живу?
Я хочу сдохнуть. Я хочу к Лизе.
Моя гребаная жизнь похожа на какой-то нескончаемый поток ужасных событий.