Для меня секс – это занятие любовью, а не физический контакт ради непонятного удовольствия. Удовольствие можно получить не только оттого, что трахаешься с кем попало. Когда ты кончаешь, то становишься уязвимым. Ты показываешь себя настоящего. Разве можно делать это с незнакомцами? Мне противна даже мысль, что я буду пить из одного бокала с незнакомой девушкой. Что уж говорить о том, чтобы заниматься с ней любым видом секса. Господи, это же отвратительно.
Дождь усиливается, и я ощущаю, как крупные капли падают мне на лицо.
Она прячется под крышей, удобно устроившись с ногами в подвесном кресле.
Так что, пользуясь этим, внимательно разглядываю ее. Длинные угольно-черные волосы собраны сейчас в низкий пучок. В ушах блестят маленькие сережки-гвоздики в форме птиц. Пухлые розоватые губы сжаты в тонкую линию, пока зрачки стремительно бегают от страницы к странице. На ней короткое платье на бретелях цвета неба, а у кресла стоят тапочки с большими бантами такого же цвета.
Наблюдаю за тем, как меняются эмоции на ее лице. Сейчас она улыбается, хотя буквально пару секунд назад сводила брови к переносице.
Интересно, что она читает?
Неожиданно, будто почувствовав мой пристальный взгляд, Хлоя поднимает свои янтарные глаза и пристально смотрит на меня. Я облизываю губы и широко улыбаюсь, заметив, как она хмурится.
– И ты еще собираешься доказывать мне, что это я тебя преследую? – спрашивает она, перекрикивая шум дождя.
– Да.
Она закатывает глаза.
– Что читаешь? – интересуюсь я, выходя из воды.
– «Новолуние».
Усмехаюсь.
– Ты так по мне скучала, что даже начала читать то, что ассоциируется у тебя со мной?
– Ага. Ты – центр моей Вселенной.
– Неожиданно, – ухмыляюсь я, повернувшись к ней спиной, чтобы взять полотенце и вытереть волосы.
Когда я поворачиваюсь, то вижу, что она пристально на меня смотрит.