Переглядываясь между собой, они недовольно хрипели, наверное, впервые видят такую отчаянную сумасшедшую и теперь ржут над моей самонадеянностью.
— Вот так, хорошие мои, стойте, стойте, — ласково проговорила я. Только бы помощь скорее появилась! — Смотрите, какие звездочки.
Я потыкала пальцем в небо, не отрывая взгляд от особенно сильно разложившегося трупа. Из-за холода хотя бы запаха не было, и на том спасибо.
Воздух накалился, стало темнее, и даже лунный свет словно съежился и скрылся. А потом раздался громовой голос.
— Адептка Анна! Не шевелитесь, не смотрите им в глаза!
Вокруг поднялась суета. Несколько преподавателей разбежались по поляне врассыпную, в блестящем от мороза воздухе вспыхнули магические сети и окутали мертвецов. Те попадали на колени, дергаясь. Что было дальше, я не видела, потому что меня подняли на руки, прижали к себе и куда-то понесли.
Мне не нужно было видеть лицо мужчины, я и так знала, что это Дарк. От него пахло кожей, деревом, и чем-то мятным. Я всегда различала ароматы, а от самых вкусных едва в транс не впадала.
Вселенная не услышала.
Меня усадили в кресло небрежно, молча налили горячий чай из какого-то странного чайника, бросили пучок трав в кружку и впихнули в руки.
— Анна...
— Пр-р-ростите, профессор, — зубы выбивали дрожь, говорить было тяжело.
— Алию? — ректор вскинул бровь, глаза на мгновение стали янтарными.
Я сообразила, что только что выдала подругу, но я ведь думала, что это она всех позвала! Вот блинский блин...
— Я не стану разбираться, кто виноват, Анна. На месте преступления была обнаружена именно ты, а значит и наказание нести тебе. Хотя, я даже не знаю, что вправит тебе мозги! Чем ты думала?! Как вообще ты открыла бестиарий?
— Н-н-не знаю. Я дернула ручку, она открылась и они.
— Не лги мне. Здание опутано магической завесой, клетки из магических нитей, на бестиях были магические цепи! Там сотни артефактов на каждом шагу! Знаешь ли ты, сколько времени понадобилось, чтобы понять, какая сила их может сдержать?!
Я покачала головой и всхлипнула. Дурацкие слезы обожгли обмороженную кожу лица, и я заплакала навзрыд.
Ректор вскочил и заходил по кабинету, еще сильнее нагнетая атмосферу.