В Безымянном Мире можно встретить тех, кто ведет свой род непосредственно от первых драконов или Небесных Гигантов.
– Небесных Гигантов?
– Это раса, которая не пережила Первой Войны за Небо. Когда был построен Яшмовый Дворец и выкована корона Императора Безымянного Мира.
– Построен и выкована… кем?
Улыбка Данубет слегка померкла.
– Ты видел его, – прошептала она. – я чувствую дыхание его горна на твоем теле.
– Хафотис… – Хаджар вспомнил имя кузнеца, в подмастерьях которого на год и один день, по меркам фейри, остался жить Имир Карейн.
– То, чем когда-то был тот, кто теперь зовется Хафотис, – поправила Данубет. – мы, Фейри, тесно связаны с элементами мироздания. Мы были созданы из них и для них. Но нам не дано быть перерожденными, как всем прочим расам. Наши души бессмертны, но изменчивы. Мы проживаем свои прошлые жизни и нынешние одновременно.
Сказать, что Хаджар ничего не понял из услышанного – не сказать ничего.
– И пока память о нас жива, мы будем рядом. Среди холмов, рек и озер.
– Спасибо за экскурс в историю, Данубет, – без тени иронии или сарказма, поблагодарил Хаджар.
Тум-там-ту-тум, стучали спицы и длинный шарф спускался все ниже и ниже на деревянный настил."
"– Из десяти людей, которых ты встретишь, десять будут иметь в предках кого-то, кто не имеет отношения к людской крови, – древняя фейри не обратила внимания на благодарность. – но лишь один на несколько миллионов может пробудить память крови.
Хаджар, неожиданно, осознал, что они действительно разговаривают на языке страны духов.
– Кровь Черного Генерала, уникального создания, в тебе проснулся лишь благодаря частице его души. И тот меч, который ты можешь призывать в реальность – тому свидетельство. И, кто знает, может утка, ставшая богом, тоже твоей предок, но ты не крякаешь и не летаешь.
Хаджар не сразу понял, что последняя ремарка была шуткой. Но, тем не менее, он не мог отрицать правоты Данубет.