"
"– Это все, что я могу сказать в данный момент, моя принцесса, – Шиах поклонился слегка взволнованной, пусть и пытающейся этого не показывать, принцессе.
Тенед едва покусывала нижнюю губу и украдкой мяла в пальцах платок из белого, волшебного шелка. Он мерцал сиянием звезд и был настолько крепок, что Хаджар сомневался в том, что смог бы его рассечь, не вычерпай при этом запас своего ядра энергии до суха.
Вшестером, учитывая безмолвную (для разнообразия, видимо) Эзир, они стояли над телом дракона. Тот так и не успел принять свою истинную форму и отправился к предку рода драконов Белого Хозяина Небес в своем человеческом обличии.
Лишь маленькие рожки и зрачки веретена, померкшие в остекленевших глазах, прозрачно намекали на истинную суть почившего существа.
– За все прошедшее время мы не потеряли ни одного участника посольства, – Син, в отличии от принцессы, был скорее не взволнован, а разъярен. Были ли это связано с тем, что погиб один из его подчиненных или же тем, что это был член, пусть и побочной, но семьи Маган – кто знает.
Драконы вообще достаточно малочисленный (сравнительно) народ, чтобы сквозь пальцы смотреть на смерть даже рядового повара.
– Что говорят донесения дозорных, брат? – Таш повернулась к Сину.
Пока Маган обсуждали детали происшествия, Хаджар протиснулся сквозь спины и опустился рядом с телом. Почивший дракон лежал в странной позе – позе эмбриона.
– Как и обычно, Таш. Никто ничего не видел. Обычный привал. Никакой угрозы. Ближайший зверь, который мог бы доставить проблем, находится к северу в трех дневном переходе.
– Может быть радикальные представители Рубина?
Гномы-радикалы… но Хаджар уже не удивлялся подобному. За свою жизнь он успел понять, что все сообщества в Безымянном Мире похоже друг на друга.
Коррупция, стремление к власти, жажда силы и удовлетворения своих стремлений. В той или иной степени – это было присуще всем и каждому. Даже тем, кто называл себя просветленными Мудрецами.
Но вот что удивляло Хаджара, так это поза мертвеца.
– Исключено, – резко ответил Син.
Воробьи… так, пренебрежительно, драконы отзывались о Алом Фениксе.
Пусть войны между регионами давно не велись, да и не собирались (вроде как) но какая-то застарелая вражда прочно врезалась в геном этих двух рас.
– А если предатель, – задумался Шиах’Мин.