– Старые вещи, мой друг, имеют свою историю каждая из них что-то видела, где-то побывала. И порой, когда я прислушиваюсь, то слышу их истории. Какие-то печальные, другие веселые, полные надежды или отчаянья. Они помогают мне осознавать, что еще не все звезды погасли над нашими головами, и, значит…
– Не все погасли и под ногами, – закончил за друга демон.
Они сидели и молча пили чай. Взирали на рассвет, заливавший золотой мир из вершин кучевых облаков. Сколько тысяч раз они вот сидели и молчали, что-то обсуждали, играли в шахматы или выпивали.
Два лучших друга.
Два смертельных врага.
В какой-то момент грань между этими понятиями полностью стерлась для этих двоих. И они перестали обращать на это внимания.
Как и положено… двум генералам, ведущим свою бесконечную битву.
– Зачем ты пришел на этот раз? – спросил, наконец, Эш."
"– Может меня охватил приступ ностальгии? – усмешка Хельмера стала, неожиданно, печальной.
– Это так, – кивнул Эш. – мой срок подходит к концу. Но он будет лишь немногим короче твоего, старый враг. И мы успели попрощаться в прошлый раз.
– Когда ты испортил мой кошмар?
– Когда ты ошибся в своей игре. Что, кстати, в последнее время, происходит все чаще. Я начинаю волноваться, Хельмер, сможешь ли ты закончить эту партию так, как планировал.
– Не беспокойся, старый друг.
Эш протянул руку и поднял чайник. Наверное, если бы кто-то увидел величайшего волшебника, самостоятельно наливающего себе простой чай смертных из столь же простого чайника, то не поверил бы собственным глазам.
Но так оно и было.
– Не заговаривай мне зубы, Хельмер, – произнес волшебник, отпивая из пиалы.
– Прошу прощения, – слегка склонил голову демон. – мы видимся все реже, так что не удивительно, что я… впрочем, не важно.
Они вновь помолчали.
– В последний раз я видел тебя таким, когда часть осколка Горшечника была уничтожена твоим протеже.
Хельмер промолчал.
– Значит, он добрался до могилы Элифа, – констатировал Пепел.