Для таких драконам требовалось принимать истинное обличие и проводить в оных едва ли не тысячи лет, чтобы получить результат, на который человек тратил лишь годы.
От знания таких нюансов становилось понятным стремление Рубинового Дворца к ограничению уровня развития в Семи Империях.
– Да, – прошептал Хаджар, повторяя действия Таш. – медитация не помешает…
* * *Хаджар стоял на холме, посреди бескрайних просторов, укрытых качающейся в такт ветру высокой, зеленой траве.
Небо над головой было затянуто черными тучами.
Постойте… почему у него ощущение дежавю?
Он уже достаточно не посещал Черного Генерала, запертого внутри его души. Откуда, в таком случае, ощущение, будто он побывал здесь лишь совсем недавно.
– Ты снова пришел, мой ученик, – донеслось из-под капюшона, скрывавшего постаревшее лицо. Лишь до того седые, что уже белые волосы, говорили о том, как изменился первый из Дарханов.
Хотя, откуда Хаджару знать о том, как тот постарел?
– Я не твой ученик, – отрезал Хаджар. – и становиться им не собираюсь.
Черный Генерал промолчал. Он лишь вглядывался в некогда светлое, а ныне укрытое за тучами небо.
– Ты знаешь, зачем я пришел? – спросил Хаджар, когда пауза слишком уж затянулась.
– Чтобы спросить, что делают мои потомки в землях, которые ныне принадлежат маленьким подгорцам.
Маленькие подгорцы… так, когда-то давно, называли гномов. Хаджар это знал, но… тоже не понимал откуда.
– И?
Черный Генерал все так же молчал.
– Ты не собираешься отвечать? – нахмурился Хаджар. – Тогда прости, что потревожил тебя, не смею более…
– Ты не задал вопроса, ученик, – кажется, первому из Дарханов было плевать на все отрицания Хаджара. Он продолжал называть его «учеником» несмотря на все протесты. – Как я могу ответить тебе, если ты не спрашиваешь?
Хаджар вздохнул. Иногда с древними было действительно сложно вести диалог.
– Что твои потомки, Черный Генерал, делают в землях Рубиновых Гор? – Хаджар, вероятно, слишком морально устал за последнее время, чтобы отказать себе в возможности уколоть паразита, живущего прямо внутри его собственной души. Но, увы, тот уже давно не реагировал на данное ему Дергером имя.