— Ну пожалуйста!
Разбойник и по совместительству маг посмотрел как-то странно, но убрать боевые заклинания не спешил, а мохнатая зверюга, почуяв мое приближение, радостно взвизгнула, проковыляла ближе и разлеглась прямо у ног. Потом осмелела и внушительно клацнула на Крега зубами.
Тот даже опешил слегка.
Ха, вот так-то!
На этой самодовольной ноте перед глазами все поплыло. Опять истощение, будь оно неладно.
Сознание вернулось в один миг, и в голове стало светло и ясно. Я осторожно приоткрыла глаза, никакого головокружения! Вот только на этом радости жизни благополучно закончились: место незнакомое, и кошмар, начавшийся прошлым вечером с внезапной отправки меня в Академию, продолжался.
Хижина, в единственное крохотное оконце которой пробивался слабый солнечный свет, не радовала глаз совершенно.
— Пей. — У соломенного тюфяка, на котором я лежала, прямо на полу сидела рыжая Вилли. Она же поднесла к моим губам большую металлическую кружку. — Это постепенно восстановит силы.
Вкус во рту был премерзкий, и, решив, что хуже точно не будет, я осторожно глотнула не внушающего доверия питья. Хм. Прохладное, чем-то напоминает брусничный чай. Ладно, я все равно не в том положении, чтобы выделываться. Осознала это, приподнялась на локте и уже сама маленькими глоточками осушила всю кружку.
— Вот и умница.
Хотелось умыться, осмотреться получше и еще много разного, но вместо каких-либо активных действий я снова откинулась на неудобный тюфяк и закрыла глаза.
Ох, только бы здесь не водились мыши и прусаки…
Последняя мысль вызвала стойкое желание завизжать, но вместо этого я попыталась просто отключить голову. На время даже получилось. Потом в мою зыбкую реальность ворвались голоса парней.
— Три кролика. Готовка на тебе.
— Не вопрос!
— Как наша прекрасная принцесса? — а вот это был Крег, и говорил он не без иронии.
Я распахнула глаза, сверкнула на него негодующим взглядом, убедилась, что это не произвело никакого эффекта, и со стоном села.
— Гребешка не найдется?
— Увы, — маг картинно развел руками.
Некоторое время мы молчали, но тишины не было. Парни таскали воду из ручья, видимо, находившегося где-то неподалеку, умывались, шумно отфыркивались, под чьим-то весом скрипела лавка, трещал в очаге огонь.