— А жених у тебя есть? — это был первый вопрос, который задала Летта.
— Был, — призналась. — Но опекун его не одобрил.
— Переживаешь?
— Ничего страшного, — я пожала плечами и ногой затолкала последнюю сумку под кровать. — Этот недотепа мне и самой успел надоесть.
Болтать о девичьем мне неожиданно понравилось. Как и чувствовать себя в центре внимания. В столице всеобщий интерес был сосредоточен на Лекси, да и во время редких посиделок наедине говорила в основном она, моя задача была слушать и поддерживать. И Реруна мне выбрала тоже она… Я отмахнулась от грустных воспоминаний и вдруг осознала, что очень хочу рассказать о ночных приключениях с разбойниками.
Может быть, это выход? Нарушить слово, лишиться магических сил и вылететь из Академии? Тогда опекун будет просто вынужден забрать меня домой.
Я как раз пыталась распробовать эту мысль и решить, нравится она мне или нет, когда Кира подошла к окну, отодвинула штору, хихикнула и нарушила порядком затянувшееся молчание:
— Кстати о женихах…
— Опять Вита возле Бранда вьется? — буднично уточнила Летта, но тоже выглянула в окно.
— Наша зазнайка по уши влюбилась! — снова хихикнула Кира.
— Нужна она ему! — у рыжей, видимо, характер такой, что не сказать какую-нибудь колкость она не может. — Девчонки с других курсов говорят, что эта зануда вокруг Бранда четвертый год вьется, и так, и эдак стелется, а он на нее внимания не обращает.
— Эх-х, в такого и влюбиться можно… — а вот другая моя соседка была восторженной, романтичной и очень светлой.
А мне что, не любопытно?! В общем, я тоже присоединилась. Подошла к окну и чисто случайно выбрала такой момент… в общем, я как раз вклинилась между девчонками, а высокий блондин, рядом с которым крутилась Вита, именно тогда зачем-то посмотрел в сторону особняка.
Наши взгляды встретились. Улыбка получилась сама собой.
В следующий миг я сделала то, чего совершенно не планировала, повела себя как любимица королевы: стрельнула глазками, послала ему воздушный поцелуй и скрылась в недрах комнаты.
— Мили! — хором рявкнули девчонки и вонзили в меня осуждающие взгляды.
— Я уже почти восемнадцать лет Мили. И что? — произнесла меланхолично.
Но они выглядели не на шутку взбешенными и… напуганными.
— Ты что творишь?!
— Он смотрел на меня, — я пожала плечами, но движение вышло каким-то неловким. — Что в этом такого?
Опять они переглядываются, а на меня смотрят, как на ненормальную.