А в случае василиска слуги даже нападали на бывшего хозяина ради его врат, которые помогали эволюционировать.
То есть ни о преданности, ни о «дружбе» речи не шло. Пусть это был один вид, но конкурировали они между собой куда жестче адептов. Не сравнится с грызней между мирами Лиги…
Поэтому Алекс был абсолютно уверен, что уж василиски-то не могут объединиться. Но, оказывается, еще как могут.
«Это все Червь!» — сообразил он.
Лишь борьба со старшим братцем могла убедить чудовищ изменить привычки. Точнее, не убедить, а заставить.
Все это намекало, что Вселенная не просто запустила в Ваантан монстров, но подталкивает их к более решительным действиям. А самых медлительных, возможно, даже наказывает.
«Значит, перемирия не будет. Борьба продолжится до последнего монстра. Или до последнего адепта», — мрачно подумал Алекс.
Так или иначе, прямо сейчас ему нужно было справиться сразу с двумя врагами.
— Как они сюда вообще забрались? — неожиданно спросила Мирам.
— Что?!
— Солнце-то цельное, говорю! Тут только пара скрытых проходов. Я уже проверила. Но они узкие. Видимо, для доступа к артефактам и технического обслуживания. А василиски – здоровенные твари."
"— Эти ребята умеют изменять свои тела. Вот и просочились. Все, не отвлекай! Хотя подожди-ка…
Алекс вдруг осознал, что монстры мало того, что не атакуют вибрациями, но и вообще ведут себя подозрительно спокойно.
Кроме того, тут не было свиты. Ни одного завалящего осьминога.
Разумеется, василиски все время атаковали Алекса, но только энергией поля и невидимыми волнами Силы. Можно сказать, давили изо всех сил, но все это давление не влияло на физические объекты. К счастью, передавить Свидетеля, да еще с кучей защитных навыков, у них не получалось.
— Хм… — он немного расслабился и нагло посмотрел на чудовищ. — Слабаки!
Неизвестно, поняли ли его монстры, но их глаза заблестели еще сильнее, а давление еще немного возросло. Они даже чуть приблизились, однако никаких угрожающих выпадов щупальцами не делали. А, помнится, ледяной василиск аж в туннели попытался забраться, лишь бы достать Алекса.
— Ничего у вас не выйдет, — продолжал издеваться тот.