Та явно была не в духе. И вполне понятно почему.
Она сделала несколько звонков, и мы отправились на своих двоих в трест. Персональных машин для мелкой номенклатуры не предусматривалось. В эти годы город практически не строился, поэтому все учреждения располагались в центре. Сейчас наша шашлычная располагалась на улице Комсомольской. Но я был единственным, кто знал, что через несколько лет она станет улицей Андропова, потому, что управление КГБ располагалось на этой же улице, метрах в трехстах от нас. И работающие там товарищи частенько посещали наше заведение.
Когда мы зашли в здание, где первый этаж занимало наше начальство, меня сразу посетило дежавю.
Длинная ковровая дорожка лежащая в коридоре и таблички с давно забытыми надписями: Профсоюзный комитет, партком, комитет ВЛКСМ, будили странные ощущения неправдоподобности.
— Перестань, — скомандовал я себе. — Теперь тебе в этом жить, и как ты бы не хотел изменить окружающее, ничего из этого не выйдет. От тебя только требуется, пользуясь знанием будущего, прожить свою жизнь по-другому.
— Около комитета ВЛКСМ Наталья Петровна остановилась и без стука зашла в кабинет.
Навстречу нам поднялся из-за стола молодой парень, подстриженный под полубокс.
— Добрый день Наталья Петровна, с чем пожаловали? — спросил он.
— Здравствуй Валера, хочу представить тебе нашего комсорга, Сапаров Александр Юрьевич, прошу любить и жаловать, работает у нас с позавчерашнего дня барменом. Закончил десять классов, имеет опыт комсомольской работы. Ну, в общем, я пойду, а вы тут без меня побеседуйте, свои вопросы решите.
Довольная, как танк, тем, что, наконец, спихнула на кого-то всю комсомольскую мутотень, директор выскочила из кабинета, оставив нас вдвоем.
Когда дверь за ней закрылась, Валера насмешливо улыбнулся
— Вот, все они так.Когда сверху потребуют субботник организовать или еще что-нибудь, самодеятельность, к примеру, так сразу, комитет комсомола, проявите инициативу. В общем, как везде, пока гром не грянет, никто не перекрестится.
Он снова уселся за письменный стол, закурил длинную тонкую сигарету, который не найти в продаже днем с огнем, и предложил:
Ну, ладно, давай присаживайся, расскажи о себе,как докатился до такой жизни.
Мой рассказ много времени не занял. Однако Валера слушал меня внимательно. Потом попросил показать комсомольский билет.
— Интересный ты человек, Александр, выдал он, наконец.