Она у меня тоже тихая, а к ней я привык.
– Ну, как знаешь. Не думаю, что там дистанции будут больше сотки. Это ж все-таки налет. Ладно, погнали, по пути все обрисую. – И уже Конану добавил: – Толстый, не спать! Там метрах в трехстах, чуть правее, знатный холмик! Как раз твоя дистанция. И все вдоль дороги. Слева от дороги холмик, там Вадик ляжет. Вадик, у тебя какой позывной? – И, видя, что Вадим недоуменно смотрит на него, тут же выдал: – Понятно. Тунгусом пока будешь. А потом разберемся.
– Слышь, ты, оратор! Дуй отсюда! – сказал Конан, клацая в это время чем-то внутри потайного ящика.
Свое место Вадим занял, как и сказал Иван, на холме слева от места боя, метрах в семидесяти от дороги. На ней стояли и дымили два подбитых «Хамви» песочного цвета. За ними, развернувшись в противоположную сторону, стоял «Унимог», на которого взгромоздили кунг от «шестьдесят шестого», а между кабиной и кунгом еще смогли всунуть стрелу погрузчика – явно шедевр местного автопрома. Как, впрочем, и четыре багги с пулеметами на вертлюгах.
На двух из них у пулеметов, похожих на наши ПК, стояли пулеметчики. Стволы пулеметов были направлены вдоль дороги – один вперед, другой назад, – однако сами стрелки смотрели при этом на «Унимог». Туда грузили ящики. Обычные армейские ящики. Небольшие, но, судя по усилиям грузчиков, весьма тяжелые. Всего Вадим насчитал одиннадцать человек: два пулеметчика, главарь, контролирующий процесс, и восемь грузчиков, из которых двое в кунге, а шестеро таскают по двое ящики и подают на машину.
Два раза щелкнула в наушнике рация – Конан вышел на позицию и доложился. Если это тот холм, о котором говорил Иван, то далековато, метров пятьсот, хотя и да, удобно: весь огонь можно вести вдоль дороги. Ну да ладно, похоже, что ребятам виднее. Как там Сергей сказал: «В некотором роде увлекаемся тактикой применения оружия». Ну да, ну да. Смешно.
Рация щелкнула три раза – Иван на рубеже.
– Да пошли вы, умники! – прошипел на выдохе Вадим и плавно потянул спуск.