– А кто говорил, что после тренировки нельзя, бла-бла-бла?
– Мне плохо. Я, кажется, втюрилась по самые уши. Как безмозглая малолетка.
Вика беззаботно рассмеялась.
– Да ладно тебе, солнце! Один раз живем! Я бы и сама в такого втюрилась, не раздумывая!
– Я семью хочу, понимаешь? Детей. А он «детками» и меня, и тебя называет.
Вика перестала улыбаться и посмотрела на меня серьезно.
– Ну да, ну да, – покивала она. – С таким, как он, трудно представить себе семью. Это же всю жизнь в страхе, что уведут, пока ты будешь пеленками заниматься.
– Да не в этом дело, – отмахнулась я.
– Ага, не в этом. Ты сейчас чуть глазами меня не испепелила, когда мы с ним разговаривали. И это вы только начали встречаться.
Я усмехнулась.
– Понимаешь, я боюсь, что с ним не то что до детей, даже до совместных планов на будущее не дойдет. Поиграет со мной, пока не надоем, и помашет ручкой. А может, и не помашет даже.
Вика обняла меня одной рукой за шею и пристально посмотрела в глаза.
– Правильно, Насть.
Я сначала очень внимательно слушала её, хлопая глазами, а потом прыснула:
– Ой, Вик, лучше заткнись!..
Подруга вслед за мной согнулась пополам и расхохоталась.
С Викой мы засиделись допоздна, домой я вернулась на такси и сразу легла спать.
В комнате витал чудесный аромат роз, и еще до того, как открыть глаза, я уже блаженно улыбалась, вдыхая его.
На душе было так радостно и прекрасно, что это даже пугало.
Да и было бы с чего!
Вчера Егор уехал и бросил меня в баре с подругой, а после даже не позвонил и не поинтересовался, как я добралась домой. Да еще и это его: «Дела, детка», брошенное Вике.
Но стоило мне вспомнить наши поцелуи в сквере, сразу хотелось петь в голос и пританцовывать. Собственно, этим я и занималась, пока принимала душ и готовила себе завтрак.
Потом позвонила мама, позвала к себе в гости, и я с охотой пообещала приехать. Решила, что расскажу ей всю правду про Егора. Может, хоть она мне мозги вправит.
И уже перед выходом из дома вспомнила, что машина моя ночевала на парковке спортивного клуба.