— Нет, каков пижон этот твой Вадим, а? Так бы и убила на хрен… Я его как тогда увидела, прямо сердце оборвалось. Сразу поняла, что он тепленький, зараза.
— Какой-какой? Не поняла… Это что значит — тепленький? — удивленно моргнула Бася.
— Да то и значит! Именно про таких мужиков в народе и говорят — тепленький. Бабник то есть. Нет, убивать таких надо, и дело с концом.
— Да за что, теть Дунь? Он же не виноват в том, что природа его таким сделала? Таким вот… тепленьким? Не виноват, что женщины вокруг его тепла сами вьются.
— Ага, давай, защищай его, как же! Вот он в одночасье возьмет и поменяет тебя на новенькую! Еще раз возьмет себе дурочку восемнадцатилетнюю. Что тогда делать станешь? Ни специальности у тебя, ни гроша собственного за душой… Думаешь, он с тобой своим поделится? Да на черта ты ему сдалась!
— А мне и не надо от него ничего! И вообще, теть Дунь, прекратим этот разговор! Понимаете, не могу я…
Она хотела продолжить, но отвлеклась на призывную мелодию мобильника.
— Да! Слушаю, Вадим!
Однако звонил вовсе не Вадим. Из трубки поплыл незнакомый женский вальяжный голосок:
— Здравствуйте, Барбара. Ведь вы Барбара, верно?
— Да… Да, это я. А вы, простите…
— Нет, вы меня не знаете. Но нам с вами давно уже пора познакомиться. Как насчет того, чтобы нам, наконец, поговорить?
— А… Вы кто?
Глянув на озабоченно склонившуюся к ней тетю Дуню, она встала со стула, подошла с телефоном к окну.
— Меня зовут Оксана. Давайте встретимся… Ну, скажем, в кафе на Старом бульваре, около драмтеатра. Оно называется «Доктор Ватсон». Знаете?
— Да. Знаю.
— Придете?
— Хорошо, я приду. А… Как я вас узнаю?
— Я сама вас узнаю, Барбара. Мне ваше лицо знакомо.
— И о чем мы с вами будем говорить, Оксана?
— Не о чем, а о ком. О Вадиме конечно же. Часа в три вас устроит?
— Да. Устроит.
— Хорошо. До встречи.
Нажав на кнопку отбоя, Бася постояла еще минуту, глядя в окно и не смея обернуться к застывшей у нее за спиной тетке.
— Ну, чего застыла? — нетерпеливо тронула та ее за плечо. — Кто это тебе звонил?
— Не знаю, теть Дунь. Оксана какая-то. Говорит, о Вадиме со мной поговорить хочет, — тихим ровным голосом произнесла Бася, не поворачиваясь.
— И что, пойдешь?
— Пойду…
— А ты не ходи! Не ходи, и все тут!
— Нет, почему же, я пойду! Я… Мне тоже есть что этой даме сказать, между прочим.