– Он сейчас в таком настроении, что немедленно уволит вас, а потом будет жалеть об этом до конца жизни.
Лорен колебалась, и тогда пожилая дама сердечно добавила:
– Он вернется из Чикаго не раньше вечера пятницы, что даст нам передышку в два дня. Завтра устроим себе неспешный обед где-нибудь за пределами этого здания – может быть, у Тони. Мы обе это заслужили.
На следующее утро роскошный кабинет без своего энергичного хозяина выглядел необычно пустым и заброшенным. Лорен твердила себе, что так даже лучше и что она наслаждается долгожданным покоем, но, по правде говоря, это было не так.
В полдень они с Мэри поехали в ресторан Тони, куда Лорен предварительно позвонила, чтобы заказать столик. В дверях обеденного зала стоял главный официант, как всегда, в своем черном костюме. Но Тони увидел их и вышел встретить лично. Лорен удивленно наблюдала, как он набросился на Мэри с объятиями – почтенная дама едва устояла на ногах, хотя благоразумно не носила высоких каблуков.
– Как было здорово, когда ты работала в нашем гараже с отцом и дедом Ника, – воскликнул он.
Тони с сияющей улыбкой повернулся к Лорен.
– Итак, малышка Лори, теперь вы знаете и Ника, и Мэри, и меня. Вы становитесь частью семьи…
Проводив их к столику, Тони снова широко улыбнулся Лорен.
– Вас обслужит Рикко, – сказал он. – Рикко считает вас необыкновенной красавицей. Каждый раз краснее, когда мы вас вспоминаем.
Рикко принял заказ и густо покраснел, ставя перед Лорен бокал вина.
– Хотите поговорить про Ника?
Лорен едва не поперхнулась.
– Пожалуйста, не нужно портить такой чудесный обед! Я знаю о нем более чем достаточно.
– Что же, например? – мягко спросила Мэри.
– Я знаю, что он эгоист. Надменный тиран, диктатор, который не умеет сдерживать свои эмоции!
– И что вы его любите. – Мэри не спрашивала, а констатировала факт.
– Да, – в сердцах воскликнула Лорен.
Горячность ее тона явно развеселила Мэри, хотя она и пыталась это скрыть.
– Я была уверена, что любите! Подозреваю так, что и он вас любит.
В измученном сердце Лорен вспыхнула отчаянная надежда. Она отвернулась к витражному окну возле их столика, чтобы спрятать лицо.
– Почему вы так решили?"
"– Начать хотя бы с того, что он обращается с вами совсем не так, как с другими своими женщинами.
– О, да.