– Лена, это Марлен фон Дорт. Жена моего хорошего знакомого.
– Очень приятно, – улыбнулась я, но сразу изумленно округлила глаза. Потому что Клаус приобнял меня за плечи и проговорил:
– А это Лена. Моя Лена.
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день.
Ревность, испуганно мявкнув, провалилась обратно на дно души, оставив логику обозревать печальную реальность. А в реальности на меня только что заявили права. Вернее, сначала я заявила, а он лишь поддержал!
Капец… Жуть…
Что ж теперь делать?!
– Не переживай, – внезапно усмехнулась Марлен, глядя мне в глаза.
Заявив эту феерическую фразу, она попрощалась и, развернувшись на каблуках, вышла из магазина.
А мы остались.
Клаус и его, мамочки-что-же-делать, Лена!
– А теперь нам нужны туфли, – спокойно заявил немец и, взяв меня за руку, повел дальше."
"И я покорно пошла следом за ним, с безмерным удивлением глядя на наши переплетенные пальцы. Как-то все очень стремительно получается!
В обувном мы не задержались.
Окончательной точкой, снявшей неловкость и напряжение от произошедшего в примерочной и встречи с Марлен, стал обед в маленьком, но уютном ресторанчике.
Там я поняла, что мне нравится есть с Клаусом едва ли не больше, чем целоваться! Во-первых, немец был гурманом и выбирал потрясающие блюда, а во-вторых, безупречно поддерживал застольную беседу практически на любую тему.
Закончив с трапезой, мы спустились на парковку и, закинув вещи в багажник, Клаус внезапно спросил:
– Лена, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? Со мной.
Интересное уточнение.
– Сейчас? Разве нам не нужно возвращаться? Там Дитрих неизвестно в каком состоянии…
Ох, зря я помянула его братца.
– Боюсь, сегодня нам придется заночевать здесь. В городе, – Клаус обошел меня и, открыв багажник, убрал наши покупки, плотно закрыв дверцу. Только после этого счел нужным посмотреть на мое обалдевшее от подобного заявления лицо и пояснить: – У меня назначена встреча по поводу покушения на твою бабушку.