Я только нервно хихикнула, сжала руками виски и резко вскочила с диванчика.
У меня в черепушечке словно атомная бомба взорвалась. События последних часов кусочками летали по голове, никак не желая сходиться в единый пазл и позволить сделать выводы из полученной картины.
Пьянка ночью, поцелуи с клоном “номер два”, после предложение замужества от клона “номер раз”, поездка к бабушке и показательные страдания фрау Хильды. Ну, и в завершение этой трагикомедии положений умирает кошка, а на пороге дома бабули появляются близнецы.
Пока я нервно мерила шагами комнату, мужчины переглянулись и, видимо, решили меня поймать и успокоить, так как дружно встали и подошли. Я еще раз посмотрела сначала на одного, потом на второго и ткнула пальцем в немца в костюмчике со словами:
– Клаус…
Он кивнул, с огромным удивлением глядя на мой ноготок, проковыривающий дырку в его дорогом пиджаке.
Я отняла ладонь и ткнула во второго:
– Не Клаус.
Он усмехнулся, перехватил мою руку, поднес к губам и коснулся кисти поцелуем.
– Дитрих, милая. Меня зовут Дитрих.
Из глубин души поднялась ярость. Я мигом вспомнила о том, что этот мерзавец притащился к мне в номер, после напоил, облапал и еще непонятно что сделал, пока я спала!
Рука сама собой замахнулась и врезала по идеальной немецкой роже.
– Скотина!
Голубые глаза Дитриха изумленно округлились, у Клауса были примерно такие же, но радостные донельзя! Очкастый педант не растерялся и сообщил:
– Совершенно с вами согласен! А потому… – Меня аккуратно подхватили под локоток и отвернули от Дитриха.
Второй локоток тоже не избежал хватки, но уже побитого близнеца.
– Обсудим всенепременно. Но со мной.
– С чего это? – надменно поинтересовался Клаус у брата. – Фройляйн достаточно прозрачно дала понять, что ты ей неприятен."
"– Скажу по секрету, еще вчера вечером фройляйн была совершенно другого мнения, – заговорческим шепотом поделился с ним Дитрих и… переместил наглую лапу на талию.
– Судя по всему, ты был на высоте только в рамках прелюдии, а после, как обычно, облажался, – от души оскалился Клаус в ответ.
Было смутное ощущение, что я тут совершенно лишняя. Братцы могут преотлично собачиться и без моего участия.
Я даже не стала скидывать руку Дитриха и стояла в ожидании, куда еще могут завести немецких близнецов взаимные оскорбления.
– Что-то ты сразу с низких материй зашел, Клаус, – отзеркалил хищную улыбочку лохматый и татуированный.