Разделавшись с первостепенными делами, я занялся плотной проверкой готовности обоза к дальнему пути. Потратил на это остаток дня и часть следующего. Но закончить не успел, приехал посыльный от князя с чеком на сумму его задолженности. Надо сказать, очень вовремя приехал, на завтра запланировано начало нашего длинного пути. Пришлось прерываться, брать охрану и двигать в банк. Сейчас, как никогда, пригодятся наличные деньги, поэтому снял всю сумму. Честно сказать, я уже распрощался с этими деньгами. Была уверенность, что до непонятного ритуала князь со мной не рассчитается.
Вечером я провел нелегкие переговоры с казаками-пластунами. Они с лёгкостью согласились ехать со мной в Якутию, но сейчас ситуация изменилась кардинально. Пришлось задать вопрос, как они смотрят на зарубежное путешествие, которое затянется на несколько лет. Очень им не хотелось покидать родину даже на время. Но, как известно, бабло побеждает зло. Когда услышали сумму вознаграждения, согласились, даже несмотря на свои убеждения и принципы.
Спал в ночь перед началом пути, как младенец, ну, или человек, у которого свалилась гора с плеч.
Утром встал бодрым и чувствовал какую-то непонятную, весёлую злость и предвкушение."
"Прощание с родными получилось, мокрым. Вот реально в этой жизни каким-то тонкослезым стал. Слезы текли сами по себе, и сделать с этим я ничего не мог. За всю прошлую жизнь ни разу не заплакал, а тут, как наваждение. Благо, обоз ушёл вперёд, и мои люди этого не видели, стыдно.
В первый день мы прошли всего километров двадцать и остановились на отдых в заранее подготовленном для этого месте. Как подготовленном? Это была просто удобная поляна, расположенная на окраине леса, с протекающим рядом родником. Правильнее, наверное, сказать, заранее разведанная. Здесь попросил наставников и казаков построить всех людей.
Прежде, чем начать говорить, прошёл вдоль строя, вглядываясь в лица людей. Размышлял, с чего бы начать свою речь. Так ничего толкового и не надумав, просто рассказал людям все, как есть. Нет, здесь лукавлю, но немного.